Как один бизнесмен понял, что он неудачник - Невское время
RSS

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Как один бизнесмен понял, что он неудачник

 

Предприниматель Силуян Арендаторов, наслаждавшийся заслуженным отдыхом в Каннах, накануне узнал, что он лох и в бизнесе ничего не понимает. Настроение у Силуяна отсутствовало напрочь: за завтраком он проигнорировал традиционный бокал шампанского, раздражённо отвернулся от пары розовощёких нимф, которые второй день усиленно строили ему глазки, отказался от ждавшего его на стоянке прокатного «феррари»… Силуян с кооперативных времён – с конца восьмидесятых – всегда что-то строил, создавал, организовывал, а надо было просто… Но обо всём по порядку.

***

Из колеи Силуяна выбила вчерашняя встреча на бульваре Круазетт с одной ничтожной личностью – давним шапочным знакомым, даже фамилии которого он не помнил. Только прозвище – Федька-Неудачник.

Сколько Силуян его знал – неудачи сыпались на Федьку как из рога изобилия. За что бы он ни брался – всё у него горело синим пламенем. Урожай картофеля на продажу поражала фитофтора, породистые кобельки, заведённые «на племя», заболевали чумкой, купленный на кредитные деньги процветающий ларёк через пару месяцев разорялся… Наверное, если бы Федьку избрали президентом Швейцарии, думал Силуян, через полгода она возглавила бы список беднейших стран мира.

Сам же Силуян был человеком, к которому деньги, напротив, шли. Непросто, конечно, было, но шли. На заре карьеры ему и голову битой проламывали, и ларьки его поджигали, и машину взрывали. А позднее, в иные, законопослушные уже времена, против него не раз возбуждали уголовные дела. Впрочем, сразу же называя сумму – во что обойдётся дело закрыть. Сколько раз он потел, занося в администрацию – чтобы продлить аренду участков – пухлый пакет с наличкой. Сколько раз он слышал от чиновников фразу «Моя подпись вам обойдётся…»

Тем не менее сколотил Силуян на пятом десятке лет приятную сумму в рублях и валюте, прикупил себе пяток местных депутатов, помогал детской шахматной школе… Ну и в Каннах, где на каждом шагу солидные люди, дорогие машины и нимфы на любой вкус, мог позволить себе отдыхать.

О Федьке он не вспоминал уже лет десять и был уверен, что если где его и встретит, то только разве что в форме охранника в каком-нибудь супермаркете.

Но Федька встретил его сам…

***

– Силуянушка, сколько лет! – заорал Федька из проезжающего по Круазетт «бентли». – Прыгай к нам, у меня тут полный бал цветов – и блондинки, и рыжие, и весёлые. Поехали в Ниццу! Пожрём устриц – и в Монте-Карло рванём, там все наши уже собрались.

– Наши – это кто? – опешил Силуян.

– Да несколько ораторов из Думы, из федералов разных. Ну и там госнефть, Союз кинематографистов… В общем, нормальные ребята.

Выглядел Неудачник вдвое моложе Силуяна – весь на подтяжках, липосакции и прочем омолаживании. И нервы – в отличие от силуяновских, изрядно дёрганых, – были у него, очевидно, в полном порядке.

– Федя, мне это не мерещится? – ошеломлённо вопросил Арендаторов, залезая в салон. – Откуда у тебя всё это – ты же… Неудачник! Тебе же нельзя даже семечками у метро торговать – разоришься.

– Откуда? Сулуянчик, ну ты же меня знаешь: я просто в очередной раз разорился!

– ???

– Ага – разорился. И очень удачно. Десять миллиардов поднял. Сначала было двадцать, но половину пришлось отдать. Да я не жадный! И к тому же не первый раз разоряюсь – это уже третий мой банк, – с гордостью вещал по дороге Федька. – Сейчас вот хочу сменить отрасль – обанкрочусь для разнообразия на паре турфирм. Деньги там смешные – лимонов по двадцать можно взять, зато всё быстро: учредил, рекламу дал, туры распихал – и объявляй со скорбным видом о приостановке деятельности, гони клиентов за страховкой. А на банки – очередь. Год ждёшь, чтобы разрешили создать, потом долго клиентов набираешь, ещё полгода стараешься, чтобы отозвали у тебя наконец лицензию… Много сейчас умных набралось – все хотят разориться. Так что вот я пока и загораю здесь.

Тем временем «бентли» за двадцать минут домчал их до Ниццы. Перекусили, конечно, в «Бокаччо» – там лучшие на Лазурном Берегу устрицы. И ещё через полчаса были в центре Монте-Карло.

***

На обещанной вечеринке Силуяну было не до прелестных красавиц, не до известных кинематографистов, артистов и светских львиц…

Увидев в углу какого-то генерала-силовика, отрывающего клешни лангусту, он решил, что за Федькой пришли. Вот закончит силовик с гадом морским, думал Арендаторов, – и защёлкнет наручники на запястьях старого силуяновского приятеля.

Решил Силуян подойти, замолвить за непутёвого знакомца доброе слово – мол, неудачник он по жизни, грех такого сажать. И – чуть сам не стал обвиняемым.

– Ты сам-то из каких будешь – из наших, буржуинских? – пробурчал оторванный от еды генерал. – Что-то я тебя раньше в Монте-Карло не встречал… Ещё раз про нашего Фёдора такое спросишь – сам пойдёшь по статье: за клевету. Ну или налоги там не доплатил… Найдём, в общем, за что. А Федя перед законом чист, ну просто как бриллианты в ожерелье моей жены. Я лично все дела о его банкротствах вёл, генеральские звёзды на них и получал. У нашего ведомства вопросов к нему нет. Напротив, мы все его любим.

– Так и я его, дурачка, сколько раз из беды выручал, – стал оправдываться Силуян. – Но ведь он сам говорит, что миллиарды из лопнувших банков воровал. Разве ж это по закону?..

– Строго по закону. Лицензию на банковскую деятельность он не сам у себя отбирает, а те, кому положено, – генерал показал пальцем куда-то в сторону дальнего столика. – Дыра в активах, за которую его очередной лицензии лишили, есть следствие неблагоприятной конъюнктуры рынка – сам знаешь, какая сейчас обстановка в мире, и обыкновенных бизнес-неудач. Например, последний раз 20 миллиардов были выданы в кредит фирмам, которые все до единой обанкротились – я сам проверял. Там и Фединых фирм было немало, но так ведь никто не запрещает человеку сколько угодно компаний открывать.

– Так он же через них миллиарды и вывел! – невольно вырвалось из уст Силуяна.

– А как докажешь? – возразил силовик. – Преступление должно иметь умысел, но ведь трепанацию черепа мы Феде делать не будем, чтобы умысел там отыскать. И ещё должны быть пострадавшие. Их тоже нет. Частные вкладчики своё из фонда страхования получат, а если кто-то больше застрахованных 700 тысяч имел – это его проблемы. А юридические лица деньги потеряли – так и тьфу на них, завтра ещё заработают – на то и бизнес. Так что всё это не преступление, а неблагоприятное стечение обстоятельств. Впрочем, кому как… – и генерал потёр пальцем звезду на погоне, которая по нынешней моде была из чистого золота.

Дожевав лангуста, генерал троекратно обнялся с подошедшим к ним маститым кинематографистом.

– Вы о Федечке? – поинтересовался мэтр. – Да я о нём такой фильм планирую снять, что Канны и Венеция передерутся за право первого показа! Если он новую смету утвердит, то его Брэд Питт играть будет.

– Меня, меня не забудьте! – подлетел к компании сияющий улыбкой модный певец. – Я уже всё продумал: Федя с какими-нибудь девушками идёт на своей яхте из Монако в Канны – и всё это под мои песни.

***

Между тем Федя-Неудачник уже успел основательно набраться. Было видно, что он совершенно не думает ни о каких деловых встречах, контрактах, полезных знакомствах, а исключительно наслаждается жизнью. Впереди его ждёт новый банк, который, как и все прочие, через пару лет разорится. Ну или турфимы – чтобы паузу заполнить.

– Кстати, а почему именно турфирмы? – не мог понять Силуян. – Не магазины, не заводы, не нефтяная скважина в конце концов, а только банки и турфирмы…

– Силуянушка, я тебя уважаю… От тебя – никаких секретов, – с пьяной откровенностью ответил Федя. – Почему банки и турфирмы? Да просто потому, что у них ничего нет, кроме печати. Офис арендованный, оргтехника арендованная… Когда лопнет – и взять с нас нечего. Деньги в чемоданы – и здравствуйте, Канны!

– А не боишься ты секреты такие разбалтывать? – зловещим шёпотом поинтересовался Силуян.

Федя удивился вопросу настолько, что даже слегка отрезвел.

– Какой же это секрет? Что, вот все они, – он показал пальцем на депутатов, силовиков, – не знают, что можно, не нарушая ни одной статьи, взять и кинуть тысяч десять-двадцать частных вкладчиков и несколько тысяч фирм? Да они не просто знают, они сами эти правила и придумали. Санация рынка называется, – икнул Фёдор. – Так что никакого состава преступления. Наоборот – государственную, можно сказать, проблему решаем. После каждого банкротства рынок всё сильнее и сильнее становится! А деньги вы, бизнесмены, ещё заработаете… Деньги – это мусор, правда, девочки?

***

Силуян вернулся в Канны на такси и ночью спал плохо. К вечеру следующего дня кинул «емельки» заму и главбуху: «Продавайте все магазины, склады, завод и ферму. Я решил открыть банк. Ваш Силуян-Неудачник».

Прим.: Все имена и события вымышленные. Все совпадения – случайны.

// Тимофей Гарик, поэт. Ри­су­нок Оль­ги Бы­стро­вой.
Версия для печати
Читать в Яндекс.Ленте