Сердце полководца попало в плохие руки - Невское время
RSS

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Сердце полководца попало в плохие руки

Усадьба, где умер один из легендарных генералов Отечественной войны 1812 года Барклай де Толли, может исчезнуть

Недалеко от города Черняховска на грани уничтожения находится историческая усадьба Штилитцен, где в 1818 году умер великий полководец Барклай де Толли и где погребено его сердце. Несмотря на то что за памятником истории должны наблюдать соответствующие службы, ни одна из государственных инстанций не желает взять на себя ответственность за то, что возрождённое не так давно имение на глазах снова превращается в руины. И это происходит в российском анклаве, власти которого борются за туристическую привлекательность региона.

– Роль Михаила Богдановича в Отечественной войне 1812 года трудно переоценить, – считает кандидат исторических наук Сергей Екимов. – Основатель русской разведки, разработчик тактики выжженной земли, именно де Толли создал организованное партизанское движение, чем обескровил наполеоновскую армию. Замечательный стратег после смерти Кутузова возглавил победоносный заграничный поход русской армии. При этом де Толли никогда не был в фаворе при дворе. Каждый шаг его воспринимался со скепсисом, но когда его задумки успешно реализовывались, от интриганов, желающих записать эти идеи себе в актив, не было отбоя.

По окончании войны 56-летний полководец отправился в Германию на лечение. Однако до вод Баден-Бадена не доехал, умер от приступа мочекаменной болезни на мызе Штилитцен. Так как Михаил Богданович принадлежал к ордену иезуитов, то, согласно традициям, сердце его было решено похоронить здесь же, а забальзамированный прах отправить на малую родину, в родовое имение Бекгоф в Эстонии. В мае 1818 года владелец усадьбы Штилитцен посчитал за честь совершить обряд погребения у себя в имении, выделив для человека, которому преклонялась Европа, солидный надел рядом с домом. Позже король Пруссии Фридрих Вильгельм III оплатил изготовление и установку здесь же памятника полководцу.

Но в советское время, хотя имя де Толли было известно каждому школьнику, о захоронении почему-то забыли. После войны Штилитцен переименовали в Нагорное, а сам усадебный комплекс поделили на малогабаритные квартиры. Позже жильцов расселили в благоустроенные дома, а заброшенное, дышащее на ладан имение стало головной болью местного муниципалитета. Денег на сохранение культурного наследия в местном бюджете просто не было. Несмотря на охранный статус, здания рассыпались на глазах, а местные жители с удовольствием разбирали их на кирпичи. Но в середине нулевых на разорённую мызу обратил внимание известный столичный бизнесмен Виктор Батурин. Рьяный наполеоновед и родственник тогдашнего столичного градоначальника выкупил усадьбу и занялся её реставрацией.

– При Батурине Нагорное стало преображаться на глазах, там была выставлена охрана, была проведена капитальная реконструкция усадьбы, – вспоминает бывший глава администрации Черняховска Андрей Виноградов.

Однако на стадии завершения большой реставрации в Нагорное пришла новая беда – после скандального развода нового владельца исторического имения с супругой Яной Рудковской. По итогам долгих судебных споров Батурин остался должен бывшей своей половине несколько миллионов долларов, и в обеспечение решения органов Фемиды усадьба Барклая оказалась выставленной в августе 2013 года на торги.

На этапе подачи заявок на аукцион от желающих приобрести историческую усадьбу и два гектара живописной земли за смешные 1,8 миллиона рублей отбоя не было. Однако к торгам оказался допущен только один покупатель. Как оказалось, совершенно не случайно. Потому что сразу же после оглашения имени победителя калининградские полицейские при получении взятки в 7 миллионов рублей задержали 26-летнюю сотрудницу местного отделения Росимущества, обеспечившую столь предсказуемую и странную победу. В отношении чиновницы возбудили уголовное дело, но борьба с коррупцией крайне негативно сказалась на усадьбе Барклая.

Только что отремонтированное имение снова стало объектом пристального внимания окрестных мародёров. Исторический объект остался один на один с армией охотников до бесплатных стройматериалов.

– Это мрак, что здесь творится, – ужасается Андрей Виноградов. – Вот в этой комнате скончался Барклай. Но разве это комната? Разграбленное, заросшее травой помещение.

По факту, отменённые торги предполагали, что номинальным хозяином усадьбы остался Виктор Батурин. Однако сам бизнесмен к тому времени находился за решёткой по обвинению в крупном мошенничестве, он не мог и даже не имел права осуществлять контроль за арестованным имением в Нагорном.

– Мы не имеем к данному комплексу никакого отношения, – сообщил главный по областному имуществу в Калининграде Николай Мухин. – Во-первых, это частная собственность, во-вторых, зона ответственности судебных приставов.

В службе приставов на вопрос о регламенте охраны вверенного им по суду объекта попытались отшутиться.

– Конечно, охраняем, – заверил «НВ» исполняющий обязанности главного мытаря по Черняховскому району Алексей Козенко. – Вечером заканчиваем работу и дружно идём охранять. Вам что, на нас собак хочется повесить?

Желание чиновника не быть крайним вполне объяснимо. Крайний – значит, виноватый, и тогда жди проблем по службе. Назвать такое отношение к делу государственным подходом – язык не поворачивается. А смотреть, в каком состоянии находится памятник культуры, любому нормальному человеку больно. В помещениях выворочена проводка, разворованы оконные рамы и двери, выпилены новенькие перекрытия, а на стенах – надписи, пропитанные безысходностью.

Ещё одной инстанцией, по определению отвечающей за состояние исторического наследия, является государственная служба по охране памятников Калининградской области. Та самая, претензии к работе которой не раз предъявлялись со страниц «НВ». Серия критических публикаций в нашей газете по состоянию ещё одного заброшенного, но важного для региона объекта – домика, где проживал Иммануил Кант, – закончилась отставкой прежнего директора агентства Ларисы Копцевой. Только вот Барклаю от этого легче не стало.

– Мы пока не определились, с кого спрашивать, – пояснил «НВ» недавно назначенный начальник службы Евгений Маслов. – Честно говоря, к Барклаю отношусь с особым пиететом, на следующей неделе планирую лично выехать в район, чтобы разобраться по существу. Там уже остались только стены, постараемся принять меры и сохранить хотя бы их. А когда пройдут торги и у усадьбы появится новый хозяин, наверняка он захочет восстановить столь значимое для русской истории место.

Но пока злосчастное имение проходит вещдоком по уголовному делу, никаких аукционов по историческому объекту не планируется.

 

– В настоящий момент следствие завершено, обвиняемая знакомится с материалами дела, – сообщила «НВ» помощник руководителя регионального Следственного комитета Марианна Андрюшина. – Этот процесс, конечно, займёт определённое время. Но мы не имеем права нарушать действующее законодательство. Однако следствие не налагало никаких обеспечительных мер в отношении усадьбы в Нагорном. Почему она не продаётся? Нужно задать вопрос представителям Росимущества.

 

// Илья Козырев, собкор «НВ» в Калининградской области
Версия для печати
Читать в Яндекс.Ленте