«Своим учителем считаю Садырина» - Невское время
RSS

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Своим учителем считаю Садырина»

Тренер Сергей Ломакин рассказал «НВ» о том, что считает главными проблемами российского футбола


Сергей Ломакин (слева) гордится тем, что работал с Павлом Садыриным в ЦСКА и «Зените»

Есть в футболе люди, о которых смело можно сказать, что они широко известны в узком кругу. Сергей Ломакин не нуждается в рекомендациях для профессионалов, в среде которых он давно заработал имя и авторитет. С ним связаны возвращение «Зенита» в элиту и последний взлёт петербургского «Динамо», он успешно тренировал команды и в других городах, но лучше всего ему работалось в Петербурге. Летом Сергей Владимирович отметил свой 65-й день рождения, и, как он сам признаётся, вся его жизнь связана с футболом.

 

– Я рад, что работал с такими замечательными людьми и тренерами, как Павел Садырин, Герман Зонин, Корней Шперлинг, Гаджи Гаджиев, Олег Долматов, с известными учёными  доктором психологических наук Рудольфом Загайновым, профессором Дмитрием Рыбаковым.

– Вы из тех тренеров, кто не играл на высоком уровне в футбол. Это мешало в работе?

– Не в работе, а в поисках её. Почти во всех командах, когда начинают искать тренера, спрашивают о кандидате: «А где он играл?» Я както сказал: «Может, тот, кто когдато хорошо играл, выйдет и сейчас сыграет, если это для вас так важно?» Как говорится, чтобы быть жокеем, не обязательно быть лошадью. Футболист – одна профессия, тренер – другая.

– Однако опыт игрока у вас есть.

– Я четыре года выступал за команду «Электрон» из Новгорода. Когда мы вышли во вторую лигу чемпионата СССР, то у нас выступали бывшие зенитовцы – защитник Василий Данилов, который играл в сборной СССР, бронзовый призёр чемпионата мира 1966 года, Николай Рязанов, один из лучших в «Зените» нападающих, а также Владимир Петров, Владимир Варламов, Игорь Чингин... Это большие мастера, и я многому у них научился. Потом, когда поступил в Институт имени Лесгафта, то после первой же игры за команду вуза меня заметил Юрий Андреевич Морозов и сказал, что будет рекомендовать меня в дубль «Зенита». Вскоре Морозов сказал, что меня приглашает ленинградское «Динамо»  команду возглавил его друг Анатолий Васильев, а тренировочный процесс шёл по методике Морозова. И в самом начале сборов, на занятиях по атлетизму, я получил тяжёлую травму  паховую грыжу. После неё играть можно, а вот тренироваться с большими нагрузками нельзя. Сосредоточился на образовании, перешёл на очное отделение, хотя играть продолжал – за команду «Ижорец» в чемпионате Ленинграда.

– В СССР стать тренером профессиональной команды было труднее, чем сейчас?

– Окончив с отличием Институт имени Лесгафта, отслужил в армии, довелось побыть тренером футбольного СКА (Ленинград). Мы успешно играли в армейских соревнованиях. Потом работал в Новгороде тренером команды, которая играла в первенстве коллективов физкультуры. Результаты показывали хорошие, но как бы ни выступили, шансов подняться во вторую лигу не было. Потому что это был вопрос не спортивный, а политический – какие области могут иметь команды мастеров, решалось на уровне руководства. Когда при Горбачёве началась антиалкогольная кампания, то глава Новгородской области решил, что нужна команда мастеров, чтобы люди на стадион ходили, меньше пьянствовали. Но вскоре этого руководителя сняли, назначили другого, который раньше занимался сельским хозяйством и вообще не понимал, зачем нужен футбол. Перестройка, ротация кадров, новые веяния… В тот момент это помешало, но потом помогло.

– Как же перестройка изменила вашу судьбу?

– Были приняты новые правила поступления в Высшую школу тренеров. Раньше в ВШТ принимали только мастеров спорта и членов КПСС. Я же был кандидат в мастера спорта и беспартийный. А тут сняли эти ограничения, и я подал свои документы. Конкурс был сумасшедший – принимали всего 25 человек от всех 15 республик, из них восемь от РСФСР. В ВШТ я учился вместе с Курбаном Бердыевым, Александром Старковым, Владимиром Мухановым, Сергеем Стукашовым, Владимиром Евсюковым. У нас были очень сильные преподаватели научных дисциплин, настоящие корифеи. К сожалению, в 1990е многие из них уехали за границу. Также нам читали лекции люди, работавшие в тот момент в футболе, – тренеры Константин Бесков, Павел Садырин, Анатолий Бышовец, руководитель «Спартака» Николай Петрович Старостин.

– Тогда в ВШТ учились два года, сейчас профессиональную лицензию получают гораздо быстрее.

Тренеры учатся три сессии по две недели, этого недостаточно. Все они – бывшие игроки и получили высшее образование без отрыва от футбола. Но невозможно играть и учиться. Я помню, что когда я после двух тренировок в день брал учебник, то уже через пять минут книга валилась из рук, потому что я засыпал. Конечно, у нас были выдающиеся тренерысамородки, которые добивались успехов благодаря интуиции, опыту, – Михаил Якушин, Виктор Маслов, Константин Бесков. Но таких единицы, а средние тренеры работали по старым методикам, а это плохо.

– Чем была плоха старая отечественная тренерская школа?

Упор делался на физическую подготовку, так как учебники по тренировкам писали лыжники и легкоатлеты. Футболистам давали огромные нагрузки: бесконечные кроссы, много силовых упражнений, и это в ущерб работе с мячом. Но в 1950–1960е в нашем футболе была огромная конкуренция. Людей, стремившихся стать профессиональными игроками, было много и они проходили жесточайший отбор, начиная с дворовых команд. Оставались только самые одарённые, самые выносливые. Учить их попадать по мячу было не надо, а надо подтягивать «физику», следить, чтоб режим не нарушали.

– Какой этап карьеры вам наиболее ценен?

– Ещё обучаясь в ВШТ, я получил предложение Садырина, которого считаю своим учителем и крёстным отцом в футболе, поработать в штабе ЦСКА. Той великолепной команды, что выиграла в 1991м, в последний год существования СССР, и золотые медали, и Кубок страны. Затем работал в «Зените»  в 1992м с Вячеславом Мельниковым, в 1995м с Садыриным, когда мы вернулись в высшую лигу. Также был вторым тренером в «Ладе» из Тольятти, в калининградской «Балтике». Главными были местные специалисты, они больше занимались организационными вопросами, а я вёл тренировочный процесс. «Лада» в 1993м вышла в высшую лигу, «Балтике» в 1994м чутьчуть не хватило для этого. В 1997м после ухода из «Зенита» решил, что в дальнейшем буду работать только главным. Был неплохой период в Смоленске, в команде первой лиги «Кристалл», но больше всего горжусь тем, что удалось в питерском «Динамо».

– С петербургским «Динамо» вы за два года прошли путь от любителей до первого дивизиона.

– И установил рекорд – 46 матчей подряд без поражений. Я собрал в «Динамо» ребят, которых уже списали из «Зенита», других команд – Бориса Матвеева, Андрея Мананникова, Олега Дмитриева, Артура Белоцерковца, Андрея Плетнёва, Дениса Семёнова, Владислава Баскова. И они не подвели! Условий не было – на стадионе «Динамо», где играли и тренировались, нет горячей воды, ездили на старом автобусе, зарплаты скромные. Однако на наши игры трибуны «Динамо» были битком, а на стыковой матч с липецким «Металлургом» за выход в первый дивизион на стадион имени Кирова пришло народу больше, чем сейчас на премьерлигу.

– Но после столь успешных сезонов вы отработали во главе «Динамо» в первом дивизионе всего один матч.

– Президент клуба Сергей Амелин говорил, что может уволить после первого же поражения. Он был человеком импульсивным, поддающимся настроению. Для него был очень важен первый матч в первой лиге – на главной арене «Петровского». Он хотел устроить праздник, а команда проиграла, конечно, ему было обидно.

– Говорят, что в низших дивизионах слишком многое решается за пределами футбольного поля?

– Беда в том, что почти во всех наших клубах руководят люди, которые не вкладывают в них свои деньги, а получают средства из бюджета и осваивают их. Помню, пока питерское «Динамо» играло во второй лиге, то самый дорогой футболист стоил 15 тысяч долларов, и это потому, что Амелин финансировал клуб из своих средств. А как только вышли в первую лигу, то из бюджета города выделили пять миллионов долларов, и Амелин начал покупать игроков по 150 тысяч, хотя я его отговаривал.

– Правда ли, что в первой лиге расписывают места ещё до старта сезона?

vДа там столько всего творится! Когда работал в Новокузнецке, нам действительно в начале сезона сказали, что мы в первой лиге не нужны. И хотя «МеталлургКузбасс» в 2008 году набрал 57 очков, одержал побед больше, чем поражений, забил мячей больше, чем пропустил, всё равно вылетел, правда, тогда выбывало сразу семь команд.

Несколько лет вы работали тренеромселекционером «Зенита».

Меня пригласил в селекционную службу Игорь Корнеев, который был спортивным директором «Зенита», меня знал по ЦСКА. На первых порах я ездил в Европу просматривать уже известных футболистов. Например, Алексиса Санчеса, Брайана Руиса, Доменико Кришито. Из них «Зенит» заключил контракт только с Кришито и вёл переговоры сам Спаллетти. Санчес предпочёл предложение «Барселоны», Руис выбрал английский чемпионат. Затем переключился на молодых футболистов – просматривал турниры юношеских команд старших возрастов в Европе и России.

– Вы сами вели переговоры с одарёнными юношами?

Нет, только отмечал игроков, которые были достойны внимания, знакомился с их родителями, узнавал контакты агентов, если они уже есть у этих парней. Переговоры ведут другие сотрудники клуба.

– Кого из перспективных игроков удалось присмотреть?

– Работа так поставлена, что мнения одного человека недостаточно. Прежде чем предложить руководству начать переговоры с футболистом, его просматривали как минимум два селекционера, а решение принимал глава отдела. Поэтому неправильно выделять свою роль. Но скажу, что при моём участии в клубе оказались Джамалдин Ходжаниязов, Данила Ящук, Максимилиан Проничев, Дмитрий Скопинцев. Но надо признать, что акцент в «Зените» делался на приобретение уже готовых футболистов.

– Не планируете завершать карьеру тренера? Есть планы на будущее?

– Чувствую в себе силы, есть опыт, знания. Уезжать в другие города не хочется, так как везде одно и то же – используют и расстаются, несмотря на результаты. Да и нет в провинции условий для работы, таких как в Питере. Хотя сейчас, надеюсь, возродится петербургское «Динамо», в которое пришли серьёзные руководители.

 

// Беседовал Михаил Григорьев
Версия для печати
Читать в Яндекс.Ленте