Камчатка. Снега и люди - Невское время
RSS

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Камчатка. Снега и люди


Вулканы – природные символы Камчатки – видны не только с воздуха, но и из любой части города

 

Есть места, побывать в которых обязан каждый приличный человек.

– Как! Ты не был на Камчатке? – спрашивали меня бывалые друзья.

– Нет. Пока нет, – честно отвечал я.

– Ну ты даёшь! Непорядок, – говорили, качая головой, они…

Так сложилось, что, объездив благодаря профессии и неусидчивому характеру всю страну с запада на восток и с севера на юг, я до нынешней весны ни разу на Камчатке не был.

В считаные дни обстоятельства и случай заставляют принять решение – лечу… 777-й «боинг» уносит меня на своих изогнутых крыльях за семь тысяч километров от родного Петербурга. Мчимся, минуя ночь, сразу в утро.

В аэропорту встречает абориген – тассовский фотограф Саша Петров:

– Добро пожаловать в Питер!

Питером местные зовут Петропавловск-Камчатский. Не знаю, как все, но Саня точно.

Первое отличие Питера камчатского от Питера, который Санкт-Петербург, – снег. Его здесь не много, а очень много. Так много, что даже ближе к концу весны многие местные «магистрали» – это тоннели среди многометрового снежного одеяла. Пешком ходить нереально. Моя первая попытка «лирично» прогуляться из гостиницы «в город» оказалась единственной. Правда, получилось добраться до ближайшего продмага, чтобы затариться едой.

Остальные способы передвижения – это прилично поживший Санин «танк» по имени «тойота» и разномастные такси.

Авачинская бухта, вулканы, лежбище сивучей…

Обязательная программа выполнена. В остатке – заброшенные рыбозаводы, ржавые остовы судов, неожиданные здесь пробки на «дорогах», обшарпанные фасады домов…

Каждый день по нескольку раз отвечал на вопрос:

– Как вам у нас?

Говорил прямо:

– Природа – буду помнить всю оставшуюся жизнь. Всё, что натворили здесь люди, – грустно и печально.

Большинство собеседников соглашались:

– Да, разруха у нас. Жить становится всё труднее. Почти все предприятия развалились. Работы нет. Перспектив – никаких.

«На Камчатке сейчас, – невесело смеются местные, – начинается вторая волна эмиграции».

Под первой подразумевают массовый отъ-езд, стартовавший в начале девяностых. С 1991 года Камчатка потеряла больше четверти своего населения. Тогда здесь жили почти 480 тысяч человек, сейчас – 317.

Мои отъезжающие собеседники перебираются в Калининград, Благовещенск, Хабаровск, Краснодар и даже в китайский город Хэйхэ…

Правда, большую часть времени я всё же проводил с теми, кто уезжать отсюда никуда не собирается. Вот они на снимках.

Фоном – снега.




Игорь Вайнштейн – заслуженный работник культуры России, собственный корреспондент Фотохроники ТАСС по Камчатской области в 1977–1997 годах. Автор восьми альбомов о Камчатке



Саша Петров проведал свой любимый персонаж – фигуру водолаза



Почти итальянский городской пейзаж, если бы не сугробы высотой в два-три человеческих роста



Одна из немногих пешеходных троп, которая привела меня к продовольственному магазину



Константин Слыщенко – глава Петропавловск-Камчатского городского округа – председатель городской думы, создатель Музея СССР. Сын, тоже Константин, – директор этого музея



Вид на Петропавловск с верхних этажей офисной высотки

Валентин Солодиков – ламут из села Эссо. Неоднократный участник и судья гонки на собачьих упряжках «Берингия», внесённой в Книгу рекордов Гиннесса как самая протяжённая в мире



Людмила Лукьяненко – первая камчатская лыжница, мастер спорта СССР



Рабочие освобождают от снега сквер в центре города



Так выглядит проезжая часть улицы в центре города



Недостроенный ночной клуб на улице Тушканова. Говорят, что «доброжелатели» поджигали обнажённые дамские фигуры, «украшающие» здание



Корякский действующий вулкан высотой 3456 метров над уровнем моря



// Андрей Чепакин, Петропавловск-Камчатский – Петербург. Фото автора
Версия для печати
Читать в Яндекс.Ленте