Мнения и комментарии

Король Лир обнажил историю нашей страны

27 октября 06:27

Спектакль «Лир. Комедия», который представил петербургской публике московский режиссер Константин Богомолов в театре «Приют комедианта», бьет рекорды по обсуждаемости в прессе и интернете.

Сентябрь и октябрь в Питере как из рога изобилия сыпались театральные события – премьеры, фестивали, зарубежные проекты. Петербургский зритель увидел прекрасного «Дядю Ваню» Римаса Туминаса с Сергеем Маковецким в главной роли, изящно сделанные «Три сестры» Петра Фоменко с сестрами Кутеповыми. Интеллектуальная публика смогла оценить достоинства сложнейших «Носорога» по Ионеско и «Улисса» по Джойсу... Спорное решение представил Кама Гинкас, взявшийся поставить с актерами Александринского театра сложную пьесу Ибсена «Гедда Габлер».

Но все выше перечисленное не набирает и десятой доли от тех горячих споров и полярных мнений, которые выпали на скандального «Короля Лира».

Штатный режиссер «Табакерки» Константин Богомолов начинал эту историю с МХТ. В течение двух месяцев «Лира» репетировали с самобытной Розой Хайруллиной в роли Лира. В итоге художественный руководитель Олег Табаков решил, что постановка не впишется в концепцию театра. Зато идею «Лира» одобрил художественный руководитель «Приюта комедианта» Виктор Минков и дал карт-бланш московскому постановщику.

Богомолов привез с собой из столицы трех актрис – Розу Хайруллину, Дарью Мороз и Юлию Снигирь, из Риги приехала Татьяна Бондарева, остальных персонажей сыграли питерские артисты – Геннадий Алимпиев, Ульяна Фомичева, Ирина Саликова, Антон Мошечков, Павел Чинарев. Соединение разных актерских школ было только на руку экспериментатору-режиссеру, ибо в своем высказывании он смешал разные жанры, разные тексты, оставив шекспировских процентов 60, превратил женщин в мужчин, мужчин в женщин, что для него было непринципиально и не концептуально. Для Богомолова прежде всего есть человек, его внутренний мир, его обращенность к себе и к обществу.

Как раз по поводу «перемены полов» нападки на режиссера в СМИ, в живых журналах, в социальных сетях самые мягкие. Главная претензия – для чего надо было «переселять» Лира в 40-е годы прошлого века? Зачем вновь и вновь перемалывать тему тоталитаризма, ведь нового ничего уже и не скажешь? Но если этот посыл трудно кому-то понять из спектакля, на мой взгляд, уместно задать этот вопрос непосредственному самому Константину Богомолову:

– К сожалению, мы не отрефлексирвали в нашем сознании историю страны в ХХ веке. Мы не хотим ставить диагнозы. Не хотим видеть корень болезни. Главная причина, почему я обратился к 40-м годам, – историческое сходство. Английский зритель точно так же воспринимал нашествие французов на их родину в XVII веке, как русские люди – нападение фашистов. Катастрофа созрела еще до войны. Это касается и нашей страны, и Германии – везде остановилось время. Такого первобытного ужаса, который царил на этих территориях, который сгущался со всех сторон, трудно вообще представить – когда из людей варили мыло, гноили в концлагерях, умерщвляли тысячами и миллионами. Зачем надо было подвергнуть бесчеловечному испытанию миллионы ленинградцев в блокаду, зачем гробить тысячи безвинных людей в Берлине в победном мае 1945-го, когда в этом уже не было необходимости? Дикое безумное извращение. Сталин идет в церковь, хотя всегда был атеистом, и сразу получает некие преференции. Те же речи, те же цветы, что и в Германии, только приправленные другими какими-то деталями. Парадоксальным образом война была оправданием этого режима. Войну выиграл народ, но не власть. Аудитории это очень важно донести, пускай даже через Лира, через Шекспира.

Богомолов пользуется приемом, который вызвал у части критиков возмущение, – Лир читает медицинскую энциклопедию, в которой описываются симптомы рака. На тарелках приносят красных раков – Лир разговаривает с ними, ест их, укладывает их «спать» друг с другом. Аллюзии ясны – перед ним его соратники, которые представляют не что иное, как раковую опухоль, охватившую всю властную систему, – страшные, еще пока действующие политические трупы. Режиссеру вменили неэтичность по отношению к зрителям – у многих родные могут тоже болеть раком, зачем выстраивать такие ассоциации? Да, но в настоящем театре и не предполагается поглаживание по голове, иногда зритель вынужден принять и горькую пилюлю. Богомолов идет на крайность: герои в сумасшедшем доме поедают говно (простите, так у автора). А по сути разве в чем-то здесь неправда?

Режиссер не нуждается в защите. Наверное, нуждается в каких-то разъяснениях его концепция. Нельзя равнять пустое матоизвержение во множестве современных постановок с парой эпизодов, где Лир и его окружение – дочери и зятья – изъясняются посредством матерных слов. Но такую форму общения мы получили в наследство от советской истории в совокупности с быдлячеством, пьянством. И песни военной поры – это не только приятная ностальгия, это рефрен жутким порокам системы. Лично меня не смутило, что смешались тут и тексты Фридриха Ницше, и Самуила Маршака, и Варлама Шаламова, и откровения Иоанна Богослова. Посмотрите на нашу жизнь — разве не пришли в противоречие друг с другом наши культуры, религии, понятия о добре и зле? Думаю, спектакль «Лир. Комедия» можно считать большой режиссерской удачей – он живой, бьющий остро, жестко в цель. А если у кого-то не возникает боли по этому поводу – так разве это вина режиссера?

 

Елена Добрякова, обозреватель «НВ»
Афиша

13 октября - 22 января

Выставка «Маяковский „haute couture“: искусство одеваться», Музей театрального и музыкального искусства

25 ноября - 25 марта

Выставка «Модильяни, Сутин и другие легенды Монпарнаса», Музей Фаберже

25 октября - 4 февраля
Выставка «Зимний дворец и Эрмитаж в 1917 году»

Курс ЦБ
Курс Доллара США
56.76
0.167 (0.29%)
Курс Евро
69.26
0.085 (0.12%)
Погода
Сегодня,
19 января
пятница
+3
20 января
суббота
+3
21 января
воскресенье
+3