Экономика

Налог – не роскошь?

30 мартa

 

Идея «потрясти богатых» по части так называемого сверхпотребления вызывает, с одной стороны, поддержку в обществе, с другой – массу принципиальных вопросов, на которые почему-то никто не торопится отвечать

 

Идею введения налога на роскошь, казалось бы, должны поддержать 99,9 процента российских граждан – то есть все, кто не имеет яхт, самолетов и особняков. Однако, согласно данным ВЦИОМа, эту «роскошную» идею одобряют лишь 70 процентов населения. А 30 процентов – огромный в данном случае показатель – выступают против. Объяснений этому может быть два. Либо 30 процентов россиян являются тайными миллионерами – что было бы для России очень лестным, но, увы, слишком оптимистичным предположением. Либо указанные 30 процентов хорошо разбираются в экономике и налоговой политике. Что не менее лестно.

Ну а что же те 70 процентов, которые поддерживают идею? «Я – за!» – говорят. А за что именно – «за»? Каким должен быть налог на роскошь? Что считать роскошью, а что – просто дорогой, престижной, но не роскошной вещью? А в каких единицах эту самую роскошь мерить – в метрах и лошадиных силах или в рублях и евро? Или вот еще вопрос: то, что было приобретено до введения нового налогового закона, попадает под его действие или нет. И таких вопросов – десятки. Несмотря на то что введение налога на сверхпотребление уже вовсю обсуждается, параметры его окутаны густым туманом.

Напомним, Владимир Путин, выступая в январе этого года на заседании РСПП (Российского союза промышленников и предпринимателей), предложил обсудить эту идею с обществом – «с использованием современных механизмов общественных коммуникаций и тестирования государственных решений». То есть вопрос, нужен ли такой налог и если нужен, то каким он должен быть, еще не решен. Все будет зависеть от общественного мнения. От нашего с вами. Так давайте для начала постараемся это собственное мнение хотя бы сформулировать. И ответим на два глобальных вопроса. Первый: нужен налог или нет? Второй: каким он должен быть, если нужен...

 

 

Три аргумента «за»

• Год от года в России растет число долларовых миллиардеров. В прошлом году их было 79, а в нынешнем, согласно последним данным журнала «Форбс», уже 96 человек – хотя ВВП страны вырос за год всего на 5 процентов. По количеству людей с миллиардными состояниями Россия уступает лишь США. И превосходит Китай – несмотря на то что ВВП этой страны почти в пять раз больше, чем российский. А уж по размеру доли принадлежащим им богатств страны российские миллиардеры превосходят всех в мире. Их суммарное состояние – это 20 процентов ВВП страны, тогда как в Китае – лишь 4 процента. По западным меркам допустимый разрыв между наиболее и наименее обеспеченной частью населения (децильный коэффициент) – 3–5 раз. Различие в 6–7 раз уже порождает напряжение в обществе. В России же обеспеченная прослойка имеет в 16 раз больше беднейшей. Все это доказывает, что «обычная» налоговая система с задачами налогообложения самых богатых не справляется – и нужен новый налог.

• Большой разрыв между богатыми и бедными – это еще полбеды. Беда России в том, что значительная часть доходов наших миллиардеров и мультимиллионеров расходуется вовсе не на развитие бизнеса, а на сверхпотребление: если покупается яхта – то минимум на пять кают, если особняк – то чтобы не уступал замку, про автомобили нечего и говорить… Бессмысленное мотовство российской бизнес-элиты вызывает, мягко говоря, неоднозначные чувства и у нас, и в цивилизованных странах. Даже никому не подотчетные лидеры арабских диктаторских режимов ведут себя скромнее и умнее. И все задаются вопросом: почему Россия не может через налоги ограничить безумную расточительность части своих граждан, сделавших состояние на приватизации, полукриминальном бизнесе, щедрых госзказах. Ведь в мире давно наработан опыт прогрессивного налогообложения – в том числе и в виде налогов на сверхпотребление.

• Существенная часть доходов верхушки российского общества является теневой. Директора полуразвалившихся заводов, где месяцами не выплачивают зарплату, имеют личные счета в швейцарских банках. Скромные чиновники с зарплатами в 40–50 тысяч рублей, никем и никогда не уличенные во взяточничестве, владеют тем не менее особняками и роскошными машинами. Аналогично – офицеры, не говоря уже о генералах силовых ведомств, а также главврачи и руководители прочих бюджетных учреждений. Если не получается контролировать их доходы, может, обложить налогом нажитое имущество, расходы?.

 

 

Три аргумента «против»

• Ни пресловутый Абрамович со своими яхтами, ни владельцы частных самолетов и вертолетов не платили и не будут платить этот налог – потому что почти вся их «движимость» зарегистрирована за границей. Как и большая часть недвижимости, которая находится в Великобритании, Франции, Испании и Швейцарии. То, что официальные и теневые миллионеры имеют в России, на пресловутой Рублевке, – это лишь сотая часть их реальных активов. Конечно, и с этой части тоже можно будет настричь сколько-то миллионов в бюджет. Но это будет не справедливым налогообложением сверхбогатых, а жалкой подачкой, которую они бросят стране.

• Чтобы уйти от этого налога, богачам не потребуются дорогие юристы – с задачей справится любая юридическая фирма. Яхту регистрируем, как уже сказано, за рубежом – а здесь на ней просто катаемся как частное лицо. Особняк или элитная квартира делятся на несколько владельцев (жену, тещу, детей) – то есть на части, уже не считающиеся роскошью. Дорогую машину регистрируем на фирму, благо открыть какое-нибудь ООО стоит всего 5–8 тысяч рублей. (К примеру, Михаил Прохоров, обладатель состояния в 14 миллиардов долларов, не имеет, как явствует из его декларации о доходах и имуществе, ни одной личной машины – даже ё-мобиля!) Поместье в несколько гектаров дорогой земли оформляем как фермерское хозяйство: особняк считается фермерским домом, яблони и вишни в саду свидетельствуют, что человек занимается производством плодовой продукции, газоны объявляются угодьями для выращивания кормовых и лекарственных трав. И так далее. Таким образом, реально богатые люди смогут на законных основаниях не платить ничего. Конечно, фигуранты списка «Форбс», которые не делают тайны из своей жизни, что-то заплатят России – ровно столько, сколько посчитают нужным, просто как благотворительный взнос.

• Введение налога на роскошь во многих случаях будет означать тройное и даже четверное налогообложение. К примеру, импортные автомобили в России и сейчас стоят в полтора-два раза дороже, чем в Западной Европе и США, – за счет высоких таможенных пошлин, акцизов и НДС. Кроме того, владельцы мощных авто платят по повышенным ставкам транспортный налог – 40–60 тысяч рублей за машину. С ювелирных изделий, часов, купленных за границей, взимается таможенная пошлина. То есть все это уже обложено налогами. Как и недвижимость. И если так уж хочется взять с состоятельной публики что-то еще, проще поднять ставки и акцизы, чем изобретать принципиально новый налог

 

Итого

Аргументов «против» можно привести еще не один десяток. Как, впрочем, и аргументов «за». Очевидного перевеса в этом споре не будет ни у одной из сторон. Но если нет уверенности в успехе, то, возможно, закон лучше не принимать? Здесь проще всего было бы поставить точку: «Отказать!» Но давайте все же встанем на сторону тех, кто поддерживает введение нового налога, и подумаем о том, каким ему быть, если уж быть вообще.

 

 

вопросы

Что считать роскошеством?

Никто в России не знает, что такое роскошь. Так, глава Минэкономразвития Эльвира Набиуллина к роскоши отнесла всего две позиции: жилые строения площадью более 1000 метров и автомашины мощностью от 250 лошадиных сил (чуть позднее планка была поднята до 300 сил). При всем уважении к экономическому министру ее критерии оценки на этот раз, простите, сугубо дамские: квартира площадью, к примеру, 900 метров – это еще не роскошь, а вот машина в 251 или 301 силу – дурь, блажь и роскошь.

Все же остальное, что принято считать атрибутами роскоши: личные самолеты, вертолеты, яхты, ювелирные изделия, дорогие часы, предметы искусства, антиквариат – наше Минэкономразвития указанным налогом вообще облагать не собирается – потому что слишком сложно будет все это выявить, учесть, оценить… В итоге множество потребительских «излишеств» могут в категорию «роскошь» не попасть, тогда как сравнительно скромное имущество, есть риск, под новый налог попадет.

Однако раз решили ограничиться определенным кругом предметов потребления – значит, решили. Что ж, пусть так – на этот вопрос, будем считать, ответили. Но это самый простой вопрос.


С чего начинается роскошь?

По принятой в мире практике налоги на «избыточное» имущество и состояния взимаются не со всей стоимости дорогих вещей или всей величины капитала, а только с той части, что превышает установленный законом уровень. То есть если при планке в 500 квадратных метров у вас в доме 501 квадрат, то повышенный налог нужно платить только за лишний метр. Если машина в 320 лошадиных сил, то 300 сил оплачиваются по обычной ставке и лишь 20 – по ставке «роскоши». Это справедливо. И главное, не порождает пресловутую «проблему порога» – когда все только о нем и спорят, а, определившись, всеми правдами и неправдами пытаются его не превысить.

Но, судя по выступлениям официальных лиц и экспертов, в России новый налог планируют брать со всей стоимости дорогого имущества, а не только с той части, что «превышает».


В чем мерить будем?

РСПП (Российский союз промышленников и предпринимателей) – пока единственная организация, которая провела широкое, с участием региональных союзов, обсуждение нового налога. 

Однако если его предложения (или предложения Минэкономразвития) будут приняты за основу, то особняк площадью, к примеру, 490 метров и стоимостью в несколько миллионов долларов роскошью считаться не будет, зато дешевый сельский дом для большой семьи где-нибудь на юге России – будет. Как и старенький спортивный самолет Як-18, купленный пилотом-энтузиастом у какого-нибудь разорившегося аэроклуба. Как и яхта-самоделка. А уже машин с двигателями от 250 до 300 сил в России около 100 тысяч – и большую их часть составляют подержанные японские пикапы и джипы, которыми завален Дальний Восток. Рыночная стоимость этой «роскоши» ниже, чем у «Жигулей».


Учету не поддается?

Та же Эльвира Набиуллина признает, что лучше бы отталкиваться от цены имущества, но… это ведь очень хлопотно и трудоемко. Проводить рыночную оценку той же недвижимости должна целая армия дипломированных оценщиков. Причем любая их оценка может быть оспорена владельцем имущества в суде. В итоге десятки тысяч хорошо оплачиваемых людей будут заниматься только оценочными вопросами. К тому же цену недвижимости придется пересматривать с учетом рыночной конъюнктуры – то есть кампания будет ежегодно повторяться. А уж для рыночной оценки всех машин, картин, бриллиантовых брошей не хватит специалистов во всем мире. В итоге затраты на администрирование нового налога в разы превысят сумму, которая может быть собрана. 

Но к чему вообще эта оценка? Базовый принцип мировой юриспруденции, берущий начало из римского права: законы не должны иметь обратной силы. И, покупая дорогую недвижимость или машину, человек совершенно точно знает, сколько он должен будет отдавать за них государству.

Между тем в России налог на роскошь, судя по выступлениям официальных лиц, эту самую обратную силу иметь будет.

 

Введение критериев роскоши по количеству квадратных метров и лошадиных сил противоречит самой сути нового налога, потому что измеряет роскошь не в деньгах, а в натуральных показателях.

 



резюме

Считать труднее, чем кричать «ура!» или «ату!»

Нынешняя налоговая система несостоятельна. Хотя бы уже потому, что боится ввести прогрессивный подоходный налог – потому что заведомо знает о своей неспособности собрать его с богатых. Она признает, что не в силах провести справедливую рыночную оценку недвижимости, а умеет лишь считать квадратные метры, ставя на одну доску дворцы и хижины. Она оставляет сотни лазеек для увода капиталов за границу, но готова душить тот капитал, который оставлен в России…

Так стоит ли браться за решение сложных задач, если куда более простые – с той же прогрессивной шкалой – решить не удается? И все-таки многие в России уверены, что справедливость требует жертв.

Вот только прежде чем резать, то есть принимать окончательное решение, необходимо семь раз отмерить. А мерить (считать, разбираться в нюансах) у нас как раз не умеют и не любят. Почти все инициативы в нашей стране или освистывают, не разобравшись, или, также не разобравшись, поспешно и с криками «ура!» принимают. Не хотелось бы, чтобы с налогом на роскошь, как и с прочими инициативами, прозвучавшими в последние горячие месяцы, все было бы так же.

Пока же картина вырисовывается такая: если уж и вводить налог на роскошь, то критерием роскоши надо считать стоимость имущества, а не квадратные метры, сотки, лошадиные силы или, как три века назад, количество окон и труб.

Второе условие (вытекающее в том числе и из проблем с оценкой стоимости) – налог не должен иметь обратной силы, и взимать его можно будет только с имущества, приобретенного после принятия нового закона. Да, с тех, кто нажил состояния в «смутное время», ничего не возьмут. Но, во-первых, можно будет брать налог даже при замене одного особняка на другой (если его стоимость превышает установленную планку – пусть он даже будет и дешевле проданного). А во-вторых, это будет правильным, если исходить из нерушимости базовых принципов законодательства и ориентироваться на государство, которое не меняет правил игры по ее ходу.

Кроме того, было бы разумно брать налог только с той части имущества, которая превышает установленный порог роскоши (сам по себе налог при этом может быть предельно большим – в процентах).

Ну а если после введения даже самого разумного, продуманного и справедливого налога увеличится отток капиталов за рубеж, если состоятельные люди начнут еще активней покупать себе иностранное гражданство, если в России сократятся продажи дорогих машин и домов, а вырастут покупки зарубежной недвижимости – то этот налог нужно будет отменять. Иначе идея социальной справедливости обойдется нам слишком дорого.

 


Роскошь – понятие относительное.

За последние 100 лет понятие «роскошь» в сознании нашего человека менялось не раз. Доказательство тому – отечественные фильмы, самый объективный иллюстратор эпохи.

 

1920-е. Когда ободранный Бумбараш пришел в гости к своему классовому врагу, а по совместительству сопернику за сердце дамы, то, казалось, шансов у героя Валерия Золотухина нет. Перед «статуетками» и «монпасе», очевидно, не могла устоять ни одна барышня 1920-х… 



1950-е. «Вот это жизнь! Поняла?» – учила Екатерину Тихомирову ее подруга Людмила из фильма «Москва слезам не верит». Увидеть живого артиста, познакомиться с телевизионщиком, замом начальника главка, хоккеистом, поэтом и инженером, да еще хотя бы на месяц поселиться в профессорской квартире – сказка 1950-х.



1960-е. «Только вино!» Вот они, те признаки сладкой жизни, которыми так напугал управдома в исполнении Нонны Мордюковой герой Юрия Никулина из фильма «Бриллиантовая рука». Действительно, наши люди в булочную на такси не ездят…



1970-е. «Ты шикарно живешь, Юра!» – констатировала институтская подруга героя Олега Басилашвили из фильма «Служебный роман». А уж его институтский приятель, побывав в салоне «Волги», и вовсе едва дар речи не потерял: «Это же малогабаритная квартира!» Да что там говорить… Одно только «Мальборо» да авторучки из Швейцарии чего стоят…



1980-е. Ехать на курорт без галстука – это… «Это ж юг! Все, съездил на курорт…» И все-таки герой фильма «Любовь и 
голуби» съездил! И даже побывал, страшно сказать, в баре!



1990-е. Златая цепь на дубе том… Ну и малиновый пиджак, разумеется, – сама шикарность 1990-х.


 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

Материалы подготовили Владимир Владимиров и Степан Морозов
Курс ЦБ
Курс Доллара США
70.04
0.08 (-0.11%)
Курс Евро
76.96
0.732 (0.95%)
Погода
Сегодня,
02 февраля
четверг
-2
03 февраля
пятница
-5
04 февраля
суббота
-5