Город

Как город победил зиму

29 мартa 08:50

Оказалось, что 10 тысяч дворников с зарплатой в 15 тысяч рублей могут справиться и со снегом, и с многочисленными проверками – было бы желание руководителей


Зима-2009/2010 действительно выдалась чрезвычайно снежной: величина снежного покрова составила 152 сантиметра…



…однако минувшую зиму тоже не назовёшь простой: 70 сантиметров. Это почти в два раза больше, чем обычно

На протяжении нескольких лет одной из главных напастей Петербурга были снежные зимы. Точнее, не зимы как таковые, а неумение городских властей справляться с их естественным атрибутом – снегом. Наледь во дворах, запорошенные снегом улицы, зловещие сосульки на крышах, гололёд на тротуарах – всё это стало настолько привычным, что волей-неволей закрадывалась мысль: может, действительно против лома нет приёма? И с «аномальной погодой» в самом деле ничего не поделать?.. Тем более что горожанам отовсюду твердили: мол, декабрь – аномально снежный, январь – аномально холодный, февраль – аномально февральский…

Неудивительно, что, когда город возглавил Георгий Полтавченко (а было это осенью 2011-го), он тут же обозначил эту проблему как главный вызов, на который ему предстоит ответить.

Первая зима при новом губернаторе выдалась на удивление бесснежной – и потому относительную чистоту, в которой пребывал город той зимой, можно было списать на улыбку природы. Однако зима – 2012/2013 была вполне себе «аномальной» (выражаясь привычным языком). Но, несмотря на снежный декабрь, стандартные январь и февраль, Петербург опять почти всю зиму был чистым. Какой ценой – мы пока не знаем: итоговая смета ещё не готова. А вот каким образом наводилась эта чистота, какие новые механизмы были задействованы, в этом разобраться можно. Что мы и постарались сделать.

 

Расхожая поговорка, что рыба гниёт с головы, имеет и обратный смысл: когда с «головой» всё в порядке, то в хорошей форме и вся «рыба». Главное отличие нынешней зимы от прошлых, когда Петербург был героем скандальных телесюжетов и анекдотов на снежно-сосулечную тему, в том, что городская вертикаль власти просто работала. Давайте вспомним приснопамятные «аномальные» зимы: чем рисковали главы утопавших в снегах районов? Тем, что их пожурят на заседании правительства или, в худшем случае, обругают перед телекамерами в ходе очередного смольнинского объезда территорий. Это тоже было неприятно, но было и утешение: главы (и/или их подчинённые) могли спокойно списывать десятки миллионов рублей на якобы проведённую уборку. Кто там сосчитает, сколько реально ходок сделали самосвалы со снегом? А оттепель всё спишет, смоет улики в ливневую канализацию.

Сейчас подобные номера, по нашей информации, не проходят. Во-первых, брать деньги в конвертиках стало реально страшно. Во-вторых, каждый глава района ещё осенью был предупреждён о персональной ответственности за вверенную территорию. Критерий один – убрана она или нет. Главы в свою очередь предупредили своих подчинённых. Результат очевиден.

Но сам снег убирают всё же не те, кто встроен в «вертикаль», а те, чьё рабочее место на улицах и в кабинетах ЖЭС. Правда, узнать их оценку организации процесса не так-то просто. Один из авторов этой статьи живёт далеко внутри квартала, что на стыке проспекта Ветеранов и улицы Лёни Голикова. Поэтому выбирается на проспект через дворы минут пять. В череде дворников в оранжевых жилетах, попадающихся по пути к метро, встречаются исключительно мигранты. Они убирают свои участки споро, достаточно чисто и, как показалось, методом бригадного подряда. Сначала два-три человека набрасываются на одну придомовую территорию, а затем скопом перемещаются на другую, хотя участок уборки закреплён за одним человеком, а не за артелью.

– Как тебя зовут? – вопрос молодому гастарбайтеру, который выгружает в пакет бутылки из урны.

Парень испуганно хлопает ресницами, но отвечает:

– Самир.

– А где границы твоей терри…

Самир даёт стрекача, даже не дослушав вопроса.

Направляемся в родную жилищно-эксплуатационную службу (ЖЭС) № 3 Жилкомсервиса № 1 Кировского района. В кабинете домоуправов по-свойски беседуют дородные дамы.

– Сколько в ЖЭС дворников? Сколько среди них мигрантов?

– А где вы видели мигрантов? – с обезоруживающей неосведомлённостью отвечает одна из домоуправительниц.

– Хотя бы скажите, сколько зарабатывает дворник?

– Это внутренняя информация, – грозно надвигается женщина. И посылает по адресу: – Со всеми вопросами обращайтесь в наш Жилкомсервис № 1, что на Ветеранов, 78.

Однако клерки жилищной конторы по указанному адресу тоже занимают круговую оборону и посылают «НВ» в администрацию Кировского района…

Чтобы сэкономить время, отправляем запрос на официальном бланке редакции не в район, а сразу в жилищный комитет (ЖК) Смольного.

– В штатном расписании всех управляющих компаний Петербурга числится почти 8200 дворников. Причём мёртвых душ, чем грешили жилищно-коммунальные службы несколько лет назад, среди них нет, – сообщает в ответ заместитель председателя ЖК Владимир Гайдей. – По городским нормативам образца 1999 года внутридомовые территории должны убирать 16,5 тысячи дворников, но приходится справляться теми силами, что есть. Правда, зимой управляющие компании привлекают по договорам ещё 2,5 тысячи дворников, которые не входят в штат жилкомсервисов.

Итак, внутридомовые территории нашего мегаполиса общей площадью 74 миллиона квадратных метров приводят в порядок менее 11 тысяч человек. Для сравнения: площадь проезжей части Питера составляет 60 миллионов «квадратов». Но снег и наледь с дорог убирают сразу 2000 единиц спецтехники, в основном грузовики и бункеры с песко-соляной смесью, а куда большую территорию вычищают лопатами люди, численность которых всего в пять раз больше, чем мощный парк уборочной техники «Спецтранса».

Сколько же зарабатывают за восемь трудных часов работники метлы и лома?

– Средняя начисленная зарплата петербургского дворника в прошлом году составила 17 тысяч рублей, – даёт справку Владимир Гайдей. – В этом году она, наверное, повысится, но насколько, сказать пока не могу.

– Сколько среди них гастарбайтеров?

– Честно скажу – не знаю, да это и не требуется, – уходит от ответа зампредседателя жилищного комитета и добавляет: – Все трудовые мигранты работают в жилкомсервисах легально, они проверены миграционной службой. И потом, что, наши петербуржцы пойдут махать ломом за 15 тысяч? Что-то я не вижу энтузиазма. А чтобы платить дворникам зарплату, которая привлекла бы местных жителей, необходимо идти на болезненный шаг – повышать тарифы для населения.

Владимир Гайдей работает в системе городского ЖКХ 8,5 года и утверждает, что начиная с 2012 года Петербург стал убираться значительно качественнее и быстрее. Особенно после обильных снегопадов, когда при внутридомовой уборке важно оперативно избавить от снега проходы к парадным и асфальтовые дорожки внутри кварталов. Особенно сложно зачищать интервалы между боками припаркованных автомобилей, которые убираются только вручную, да так, чтобы не поцарапать машины.

На ручную и механизированную уборку 74 миллионов квадратных метров внутридворовых территорий городской бюджет ежегодно тратит 1,2 миллиарда рублей. В этот лимит входит не только зарплата дворников и водителей спецтехники, приспособленной для очистки тротуаров и узких дорог, но и расходы на пополнение парка «бобкатов», белорусских тракторов с щётками, топливо для них. На балансе управляющих компаний (УК) в городской системе ЖКХ находится 638 таких машин, а ещё 127 единиц техники УК арендуют у города – в «Спецавтобазе № 2».

В жилищном комитете Смольного разработан внутренний регламент проверки качества уборки внутри кварталов. Все управляющие компании должны быть готовы принять незваных гостей в обязательном присутствии представителя районного жилищного агентства с 10 до 15 часов в любой рабочий день. Ведь к 10 утра по регламенту должны быть очищены подходы к домам даже после обильного ночного снегопада, а спецтехника должна избавить от осадков местные дороги.

По требованию инспектора представитель УК обязан представить ему технологическую карту уборки территории с разбивкой на сектора, фамилиями дворников, отвечающих за порядок в каждом секторе, и парком механизированной техники, закреплённой за этим участком.

– Инспектор жилищного комитета имеет свою адресную программу проверок, – комментирует Владимир Гайдей. – За рабочую неделю он должен проверить все (!) управляющие компании закреплённого за ним района, объехать по несколько адресов в день. Если в технологической карте написано, что в данный час должен убираться вот этот дом, а дворника там в этот момент нет, у инспектора появляется повод для рекламации. Отговорки типа «дворник ушёл на другой адрес» не принимаются.

Но гастарбайтеры к тройным проверкам уже привыкли, да и сарафанное радио вовремя сообщает о грядущей облаве. Стали бдительнее и домоуправы, которые в беззаботные годы губернаторства Валентины Матвиенко вписывали в штатное расписание в качестве дворников своих родственников, а приезжим платили 30 процентов их ставки в конвертах. За минувшую зиму число мёртвых дворницких душ, раскрытых инспекторами, можно пересчитать на пальцах одной руки.

Прошлые кампании по борьбе с сосульками путём очистки кровель от снега дорого обошлись городу и горожанам. Даже если бы на город обрушился метеоритный дождь, повреждений крыш и то было бы меньше. Новое руководство города, похоже, сделало выводы из этой истории.

– В прошлом году жилищный комитет провёл ревизию кровель, подверженных появлению наледи, – вспоминает Владимир Гайдей. – Таких в Петербурге набралось 5 тысяч, и за каждой опасной кровлей ведётся пристальное наблюдение.

То есть в разряд «сосулеопасных» попала почти каждая четвёртая городская кровля (на балансе ЖК находится 22 640 домов).

Допуск к уборке крыш и ликвидации сосулек имеют только специально обученные люди с корочками. Таких специалистов в Питере наберётся не более тысячи человек, а зарабатывают они за свою рискованную работу не так много – 35–40 тысяч рублей в месяц, хотя нередко бывает и приработок – очистка элитных домов по элитным же расценкам.

Площадь кровель в Петербурге, с которой необходимо сбрасывать снег в первоочередном порядке, превышает 15 миллионов квадратных метров. При сильном снежном заряде такой массив силами только одной тысячи верхолазов осилить невозможно.

Однако управляющие компании имеют право привлекать промышленных альпинистов и специалистов-кровельщиков и по договорным расценкам. В этом случае коммунальщики платят верхолазам из собственной прибыли. Дело в том, что средства на уборку крыш заложены не в городском бюджете, а в квитанциях по квартплате (52 копейки с метра жилплощади). Наиболее опасны для пешеходов так называемые скатные кровли, которыми напичканы все четыре района исторической застройки Петербурга. Сосульки на них быстро образуются по причине избыточного тепла на чердаках.

– До прошлого года капитальный ремонт в домах исторического центра производился кардинально – просто менялась сама крыша, – вспоминает Владимир Гайдей. – В 2012 году жилищный комитет при капремонтах стал также утеплять перекрытия, чтобы тёплый воздух из квартир не пробивался наверх, а также изолировать выходящие на чердаки стояки отопления. Рабочие раскупоривают забитые прежде слуховые окна, иногда делают новые, чтобы под кровлей всегда была минусовая температура и снег не подтаивал. Адресный капремонт крыш в 2012 году шёл с учётом чердачной проблемы, и таким комплексным способом мы смогли привести в порядок тысячу кровель.

 

ложка дёгтя

И всё же есть несколько спорных вопросов, вокруг которых чиновникам, городским подрядчикам и экологам летом придётся поломать копья.

Какой смысл в крошке?

Первая тема – гранитная крошка. Идея была заимствована у финнов. Это, мол, не вредная соль и другие реагенты, а экологически чистый материал. В пилотном проекте по применению крошки участвовало 9 спальных районов Питера (в центральных районах этот материал не применялся, так как по технологии он может использоваться только на улицах, где отсутствует ливневая канализация). Спорить же придётся о том, был ли смысл в «крошении». Ведь сами финны сыпят крошку не абы где, а на укатанный снежный наст, и на нём она отлично работает. Но в Петербурге-то по техническим условиям все дороги нужно очищать до асфальта! И какой смысл сыпать на голый асфальт мелкую, но дорогую щебёнку?


Не все кучи нуждаются в уборке

Другой вопрос – о популизме, конкретно – о том, нужно ли выполнять все благие пожелания. Несмотря на то что улицы, крыши, тротуары этой зимой убирали на твёрдую четвёрку, хватало и недовольных граждан, которые «сигнализировали»: в нашем дворе от снега не расчищена детская площадка – детям негде играть! У нашего дома на газоне куча снега – уберите её немедленно! И ведь реагируют на эти жалобы и районы, и Смольный.

Убрать, наверное, можно весь снег. И вывезти его километров за 30 от города, в карьеры Всеволожского района – денег в бюджете хватает. Но не лучше ли было бы сотню миллионов рублей, потраченных на уборку таких вот безобидных снежных куч и бессмысленную расчистку площадок, отдать городским поликлиникам? Или на эти деньги сделать на год бесплатными все детские городские кружки, секции и клубы?

Наверное, хватит и того, что самодеятельные экологи и бдительные граждане уже давно добились запрета сваливать даже чистейший свежевыпавший снег в городские реки. В общем «грязевом балансе» наших водоёмов ущерб от этого снега не составил бы и процента, но – нет, тысячи самосвалов, выбрасывая тучи чёрного дыма, везут этот снег или в плавильные камеры, или на свалки, с которых он всё равно уйдёт в воду.

 

 

 

 

Сергей Тачаев, Владимир Владимиров. Фото Евгения Лучинского
Курс ЦБ
Курс Доллара США
63.89
0.322 (-0.5%)
Курс Евро
70.41
0.265 (-0.38%)
Погода
Сегодня,
15 ноября
пятница
+2
Облачно
16 ноября
суббота
+3
Слабый дождь
17 ноября
воскресенье
+4
Облачно