Общество

«Храм жив лишь тогда, когда в нём молятся»

26 августа 08:44

Справедлива ли передача РПЦ государственного имущества? Этот вопрос вызывает острые дебаты


Церковные службы соседствуют с конкурсом детского рисунка... Всё это сохранится в Исаакиевском соборе и в том случае, если его передадут Русской православной церкви


На прошлой неделе Избирательная комиссия Санкт-Петербурга отказала в проведении референдума по передаче Исаакиевского собора Русской православной церкви. Надо полагать, однако, что на этом противодействие части общества передаче Исаакия РПЦ не остановится. Впрочем, при всей своей значимости вопрос с Исаакием – частный случай большого конфликта с возвращением Церкви имущества, отторгнутого по принятому 23 января 1918 года декрету Совнаркома «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». Часто этот процесс именуют реституцией, что неправильно.

– В России нет полной реституции. Происходит возврат в пользование некоторых храмов. В собственность же Церкви в основном передаётся только то, что она сама построила, но всё равно это меньше десяти процентов по всей России. Большинство храмов остаётся в собственности государства, – говорит известный церковный публицист протоиерей Димитрий Смирнов.

В 1990 году религиозные организации обрели статус юридических лиц и, соответственно, право на собственность. 23 апреля 1993 года президент России Борис Ельцин издал распоряжение о поэтапной передаче им культовых зданий и иного имущества. Однако никаких гарантий постановления не давали. Например, один раз арбитраж отказал приходу в возврате неиспользуемого, но закреплённого в федеральной собственности здания. При этом суд сослался как раз на декрет Совнаркома 1918 года...

В 2000 году Архиерейский собор РПЦ направил президенту Владимиру Путину письмо, в котором отметил, что процесс возвращения церковной собственности в России «не только не завершён, но по-настоящему и не начат». Впрочем, жёсткие требования «вернуть немедленно» из уст архиереев РПЦ никогда не звучали. Это всегда формулировалось как просьба.

– Мы не намерены поднимать вопрос о реституции. В то же время мы приветствуем те шаги Росимущества, которые способствуют возвращению церковных и храмовых зданий в тех случаях, когда это возможно и необходимо, – говорил покойный Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.

Наконец 19 ноября 2010 года был принят закон «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной и муниципальной собственности». Документ вызвал значительное противодействие светского общества. Впрочем, законопроект критиковали и деятели церкви.

– Можно говорить не о возврате того имущества, которое было в собственности РПЦ до революции, а о передаче его для использования по прямому назначению, потому что государство не может использовать храмы и прочее церковное имущество в предназначенных для этого целях, государство отделено от Церкви, – говорит игуменья Ксения (Чернега), руководитель юридической службы Московской патриархии.

Чтобы получить имущество в собственность по закону, религиозной организации необходимо обратиться в уполномоченный орган с заявкой, в которой она должна доказать своё право на получение имущества. При этом новый собственник не имеет права в течение десяти лет изменять назначение возвращённого имущества и передавать его третьим лицам. Кроме того, передача зданий и сооружений возможна только после решения о предоставлении расположенным в них предприятиям и учреждениям других помещений. Не сможет Церковь получить в собственность и особо ценные объекты, например памятники, включённые в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Один из основных аргументов противников возвращения Церкви имущества состоит в том, что на самом деле до революции всё имущество Церкви принадлежало государству, следовательно, государству оно и сейчас должно принадлежать. В этой логике – изрядное лукавство. Да, действительно, РПЦ как централизованной организации с правом юридического лица в Российской империи не существовало. Церковь была государственной, члены высшего церковного органа – Святейшего правительствующего синода – назначались императором. Но право владения имуществом, а тем более святынями под сомнение не ставилось.

– В Российской империи приходы, монастыри, архиерейские дома (епархиальные управления) имели правоспособность юридического лица и владели своим имуществом на правах частной собственности, – говорит священник Борис Михайлов, церковный историк.

А Поместный собор 1917–1918 годов постановил: «Священный Собор... есть единственный законный высший распорядитель церковных дел, охранитель храмов Божиих, святых обителей и всего церковного имущества, которое веками составлялось из добровольных приношений верующих людей и является Божиим достоянием».

В любом случае строить имущественные отношения на каких-то аналогиях царской и сегодняшней России – дело зряшное. Например, директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский заявил:

– Исаакиевский собор принадлежал Министерству двора, поэтому он должен быть передан Эрмитажу, который тоже был в Министерстве двора.

Михаил Борисович допустил ошибку: собор с 1878-го до 1917 года находился в ведении МВД. Но это не принципиально, в любом случае никому в царской России не приходило в голову, что в храмах можно заниматься чем-нибудь, кроме молитвы.

 

– Речь идёт не о реституции, а о исторической справедливости. Храм должен использоваться по прямому назначению, а не быть мясокомбинатом, например, – говорит Степан Медведко, глава Комитета Государственной думы по делам общественных объединений и религиозных организаций.

 

а как у них

Туристов в соборы пускают за плату

В Европе большинство храмов, в том числе и старинных, являющихся историческими и архитектурными памятниками, принадлежит церквям той или иной конфессии. Туристов в исторические соборы и церкви пускают обычно за плату и в то время, когда в храме не идёт служба. Например, в Великобритании владельцем всех храмов является Англиканская церковь, и вход в самые популярные для туристов соборы сделан платным. Так, например, обстоят дела с Вестминстерским аббатством и собором Святого Павла: вход в них для всех – и туристов, и местных жителей – стоит 16 фунтов, и эти деньги идут в церковную казну.

Во Франции все соборы и церкви, построенные до 1905 года, принадлежат низшим административно-территориальным единицам – коммунам, а те, что были возведены позже, – католическим епархиям. Исключением является собор Парижской Богоматери, также принадлежащий Католической церкви. Вход в него свободный.

В Италии в большинство храмов, включая и старинные, может свободно зайти любой человек – платными являются только экскурсии по главным соборам Флоренции, Венеции и других городов. В Ватикане в собор Святого Петра тоже можно зайти свободно, однако платным является вход на всю территорию этого государства.

 

А вот знаменитый Кёльнский собор в Германии не принадлежит ни государству, ни церкви: он является организацией, которая в прямом смысле слова управляет сама собой.

 

полемика

 

Ничего личного, только духовный бизнес

Сергей Ильченко, искусствовед

Зачем Православной церкви нужны государственные музеи? Для того чтобы ответить на этот вопрос, надо вспомнить историю двадцатилетней давности, когда РПЦ пыталась получить во владение многие здания. После острой полемики и дискуссий удалось достигнуть соответствующих соглашений. Но почил в бозе Алексий II, а митрополит Петербургский и Ладожский Владимир оставил свой пост, уступив место Варсонофию. И всё началось снова…

РПЦ, ведомая патриархом Кириллом, помимо претензий на доминирование в духовной сфере вновь предъявляет имущественные претензии на то, что никогда церкви не принадлежало и не церковью содержалось. Ползучий захват духовного пространства начался с кадровых изменений, когда на должности руководителей государственных музеев стали назначаться священнослужители. Так было на Соловках и в Троице-Сергиевой лавре. Недавно вопиющий случай произошёл с Херсонесским историческим заповедником, который возглавил православный батюшка с образованием фельдшера.

К скандалам РПЦ в последнее время не привыкать. Здесь и «пусечки», и «Левиафан», и «Тангейзер», не говоря уже о любимом увлечении священнослужителей в виде езды на дорогих иномарках в пьяном виде. К сожалению, и нынешние деяния митрополита Варсонофия и привезённой им из Мордовии команды божьих служителей продолжают сию печальную традицию. И вот уже один из новых настоятелей предлагает продавать в храме разлитый в пластмассовые бутылки кагор, мотивируя это тем, что кагор – святой напиток.

Вершиной проявления экономической смекалки Варсонофия (который сохраняет за собою также пост управделами РПЦ) стали его письма с требованиями отдать епархии здания Исаакиевского собора и Спаса на Крови. Владыка настаивает на том, что подобный акт облегчит доступ в храмы, ибо вход станет бесплатным. Я бы согласился и с этим. Пусть только владыка Варсонофий ответит на один вопрос: за счёт чего он собирается содержать и реставрировать грандиозные памятники мировой архитектуры?

Если Варсонофий не знает, то замечу: для содержания обоих требуемых им зданий необходима сумма более 600 миллионов рублей в год. И это – не считая расходов на реставрацию. Неужели РПЦ сможет собрать ТАКИЕ деньги за счёт подаяний прихожан?

 

Если кто не помнит, то церковь у нас отделена от государства, которое, кстати, у нас многоконфессиональное и носит светский характер. Но не стоит думать о том, что на «поисках духовности» можно строить церковный бизнес. Помнится, Христос изгнал торгующих из храма. А молитву к Богу верующий может сотворить в любом месте, ибо сказано в Евангелии от Фомы: «Царство Божие – в вас самих, а не в постройках из камня и дерева».

 

Ничего личного, только Бог

Павел Виноградов, редактор отдела социальных проблем «НВ»

Воля ваша, мне странно, когда агностик учит православных, где и как им надо молиться. Да и поставленная в кавычки фраза «поиски духовности» применительно к православному богослужению, на мой взгляд, тоже не очень этична… Ну да ладно, сочтём это недопониманием. Но вот остальное – просто собрание дежурных упрёков РПЦ, которое к передаче недвижимости Церкви относится очень мало.

При чём тут, например, «разлитый в пластмассовые бутылки кагор»? Я допускаю, оппонент не знает, что благословлённое вино продаётся в большинстве церковных лавок. Могу ему сообщить, что – о ужас! – православные употребляют кагор за каждой литургией. Только называют его почему-то не вином, а Кровью… И зачем упоминать скандал в Херсонесском историческом заповеднике? Батюшка уже отозван, и многие считают, что зря. Этот «фельдшер» на самом деле – кандидат богословия, один из крупнейших специалистов по храмам древней Тавриды. Остальные упомянутые скандалы тем более не имеют отношения к передаче РПЦ бывших храмов.

Не имеет к этому отношения и смена первых лиц Церкви. И при патриархе Алексии, и при бывшем питерском митрополите Владимире Церковь говорила, что в Исаакиевском соборе должны проходить регулярные службы. Написано на нём: «Храм мой храм молитвы наречётся». Так и должно быть. Так и будет.

Светскость оппонента затрудняет осознание факта, что Церковь – не только и не столько некая социальная структура. Прежде всего это Тело Христово, а храм – дом Божий. И главное в Церкви не бизнес, а литургия. Конечно, поскольку Церковь существует в социуме, она вынуждена с ним взаимодействовать, в том числе и на рыночной основе. Кстати, очевидно, под «подаяниями прихожан» оппонент имеет в виду церковную кружку, куда сыплют мелочь бабушки. Так вот, доходы Церкви состоят не только из этого, но и из пожертвований ктиторов, иногда совсем немалых. И из доходов от продажи некоторых важных для верующих вещей. Странное дело, недоброжелатели Церкви обычно яро набрасываются на такого рода околоцерковную деятельность и тут же обличают Церковь в том, что у неё нет способов заработать денег на реставрацию памятников. Нелогично как-то, вы уж или крестик снимите, или…

Возвращаясь к принадлежности храмов, в Европе реституция церковных ценностей не новость. И в Кёльнском соборе, и в Нотр-Дам де Пари, и в соборе Святого Петра в Риме службы идут регулярно, но при этом поток туристов не иссякает. И как-то эти исторические здания сохраняются и реставрируются. А в Исаакии службы проходят пару раз в год, причём, будут они или нет, зависит от воли музейной администрации…

 

С моей точки зрения – человека, смею надеяться, достаточно культурного и при этом верующего, бывавшего в Исаакии в качестве и посетителя музея, и участника богослужения, – храм жив лишь тогда, когда в нём соборно молятся.

 

Фо­то Юлии Осмоловской и Интерпресс
Курс ЦБ
Курс Доллара США
78.67
1.852 (2.35%)
Курс Евро
91.48
1.815 (1.98%)
Погода
Сегодня,
29 сентября
вторник
+12
Облачно
30 сентября
среда
+12
Слабый дождь
01 октября
четверг
+15
Облачно