Культура

«Мечта становится очень простой»

17 сентября 08:42

Юрий Стоянов – о том, как вместе с временами меняются людские желания и какое оно – детство, которое мы потеряли


 

В Петербурге Дмитрий Светозаров («Преступление и наказание», «Мать-и-мачеха») снимает фильм-притчу «Тень» о том, что человек всегда стремится к некоему идеалу, пусть и недостижимому. Некий преуспевающий бизнесмен находит фотографию звезды немого кино и пытается найти девушку, которая была бы как две капли воды похожа на давно умершую актрису. В этом ему помогает горе-режиссёр, которого сыграл Юрий Стоянов. Это его уже вторая работа с мэтром петербургского кино – в прошлом году они вместе работали над сериалом «Бабье лето», который, скорее всего, мы увидим в этом телесезоне. Побывав на съёмках «Тени», мы убедились, что Юрий Стоянов нашёл «своего» режиссёра.

– Это абсолютно мой человек. Поэтому, когда Дмитрий Иосифович меня позвал вновь, я тут же согласился, не читая сценарий. Во-первых, я был уверен, что ничего противопоказанного для меня не предложат, а во-вторых, кино – это такая штука, в которой помимо хорошей роли чрезвычайно важно общение, понятие компании, людей, с которыми тебе придётся часами быть на одной съёмочной площадке. Ведь это твой кусок жизни, который никогда не повторится. Светозаров в этом смысле – прекрасный и человек, и режиссёр. Он умеет удивительным образом сочетать киношную правду с театральными, в хорошем смысле, моментами. Может быть, поэтому ему удаётся так «вкусно» снимать еду. А это, между прочим, большое искусство. Вот кто из наших режиссёров им владеет? Никита Михалков. Станислав Говорухин – посмотрите его последний фильм, «Конец прекрасной эпохи» по Довлатову.

– Еда играет столь большую роль в фильме-притче про ускользающую красоту?

– Еда играет большую роль в жизни моего персонажа. Я играю режиссёра с большими амбициями, который носится с идиотскими идеями и больше ни на что не способен. Разве что бесконечно жрать. Можно нафантазировать, что это реакция на голодное детство или что это просто попытка себя чем-то реальным занять. В итоге я постоянно в кадре жую – грубо и жадно. Рефреном на площадке раздаётся: «Не давайте Стоянову чипсы, из-за него они подорожали в городе». А я их уже ненавижу. Ненавижу яблоки, орехи, семечки, леденцы, свиные медальоны, жареную картошку. Кажется, я уже ненавижу просто еду, любую.

– Вам постоянно приходится играть не очень удачливых героев. Как каждая семья несчастлива по-своему, так и каждый неудачник неудачлив по-своему.

– Конечно. Ведь что значит «неудачник»? По какой шкале мерить? По той медийной, по которой я живу? Нет, это ерунда. Я знал одного человека такой эрудиции, такого ума, но который абсолютно не нуждался ни в какой публичности, ему было интересно в мире своих мыслей. Его знал очень ограниченный круг людей, которые, как и я, считали за счастье быть рядом с ним и слушать его. И что же – это неудачник?

А есть люди, трагически переживающие несоответствие своих чрезмерно завышенных амбиций и реальности. И тут мне вспоминается бывший наш человек, живущий ныне в Америке, который сказал Мише Жванецкому: «Миша, я чувствую, что здесь можно зарабатывать сумасшедшие бабки, но я не знаю – как!»

– Судя по всему, ваш горе-режиссёр как знакомый Жванецкого. Другое дело персонаж Михаила Пореченкова – преуспевающий бизнесмен.

– Да, но тоже по-своему несчастлив.

– Как говорит Дмитрий Светозаров, фильм о том, что необходим идеал, пусть и эфемерный. Что он как та морковка, за которой бежит заяц.

– Дмитрий Иосифович прав, но только я внесу одну важную поправку. Герой Михаила Пореченкова очень богатый человек. В сценарии есть такая фраза: «С жиру ты бесишься, раскулачивать тебя пора». Сказано с иронией, но тем не менее неспроста. После 500 миллионов долларов в личном бюджете перед человеком встаёт проблема: а что дальше? В каком направлении развиваться? Улучшать человечество? Помогать бедным и сирым? Управлять миром? Герой Пореченкова ищет девушку, похожую на прекрасную звезду немого кино. Увы, для большинства людей недостижимыми оказываются куда более простые вещи.

– По данным социологических исследований, 40 процентов россиян мечтают о том, чтобы «жить в достатке, иметь возможность тратить деньги, не считая копейки». Для сравнения – «встретить настоящую любовь» мечтают лишь 6 процентов.

– В том-то и дело. Мечта становится очень простой – стать богатым, чтобы позволить себе какие-то абсолютно элементарные социальные вещи. В советское время, посмеиваясь, говорили «мечтать не вредно», «мы рождены, чтоб сказку сделать былью…». Но, во всяком случае, стартовые возможности у большинства людей были приблизительно равны. Сейчас же они зависят от родительского кошелька. Чтобы дать ребёнку хорошее среднее, подчеркну – среднее – образование, надо в него вкладывать, вкладывать и вкладывать – в то, чтобы ребёнок имел возможность изучать иностранные языки с носителями этих самых языков, чтобы расширять знания с помощью репетиторов.

– У вас же младшая дочь подрастает – как вы решаете эту проблему?

– Я на распутье. Кате 12 лет, как раз тот возраст, когда начинают определяться интересы. Я никогда не форсировал, не давил и не навязывал – мне было важно, чтобы она сама поняла, что хочет. Решила изучать языки – в обычной, хоть и очень приличной школе, где она учится, безусловно, не тот уровень. И становится ясно: ещё год – и надо либо переводить в другую школу, либо брать репетиторов, хотя учится она замечательно…

– Почему вы сразу не отдали её в какую-нибудь элитную школу?

– Видел я детей, которые жрут руками макароны, омерзительно общаются со своими родителями, совершенно не владеют речью, но при этом их бесконечно водят по музеям и они знают, что художник Ге – это художник, а не что-то иное. Их, бедных, с младенчества насилуют бальными танцами, верховой ездой, фехтованием и французским, а в итоге – ничего. Моё убеждение: у ребёнка должно быть нормальное детство. Не скрою, может быть, я это делал для себя, но я хотел, чтобы она как можно дольше находилась рядом со мной, чтобы она видела мир вместе со мной. Школьные каникулы для меня – это святое время, я его обязательно провожу с дочерью. Я готов соврать любому режиссёру, если съёмки совпадут с этими днями: «О! Как жаль! Никак не могу! Дела, дела, дела!»

– А какое оно, детство, которое мы потеряли?

– Увы, абсолютно ушло из нашей жизни понятие двора в хорошем смысле, с играми, с товарищами по двору, с ощущением своего обособленного мира. Мы не кричим: «Катя, иди домой, пора покушать!» – потому что Катя и так дома. Мы боимся отпускать детей в школу одних. Я вижу, как в Катиной школе родители договариваются друг с другом, с бабушками, чтобы школьники шли под чьим-то присмотром. Мы не доверяем городу, боимся пустить в него ребёнка. Мы ощущаем, что мир ополчился против нас всех, Вселенная сжимается до конкретного почтового адреса. А наши фобии, тревоги отражаются на детстве наших детей. Теперь у них нет детства, есть возраст.

– Зато у них меньше иллюзий, а значит, и разочарований потом.

– Но что такое детские иллюзии? Что мама и папа – это навсегда. Что я живу среди лучших людей. В самом лучшем месте. Что дружба навечно. Даже есть какое-то представление, что такое любовь. И это ведь не иллюзии, это убеждения, и иллюзиями они становятся, когда не сбываются. В моём случае краха иллюзий не было. А иллюзий в отношении «самой лучшей страны в мире» я не строил – меня с детства окружали люди, которые давали понять, что всё очень непросто. Не было у меня краха иллюзий и в отношении веры. С колыбели помнишь, что есть два главных праздника – Пасха и Рождество. И в моей семье не одиозно, не ортодоксально, тихо так верили в Бога, не навязывая веру никому. Просто на ночь крестили подушку, и ты думал, что твой хороший сон, наверное, связан с этим. Когда подрос, спорил, загибал какие-то дурацкие пионерские аргументы типа «вот Гагарин летал, он же там бога не видел, значит, его нет». «Ничего нет?» – снисходительно махнёт на тебя бабушка, и всё, никакого идеологического спора не получалось. Вот так и воспитывали – искренне, с любовью, с пониманием... Ну, что говорить, детство – это вообще фундамент, на котором ты стоишь. Одно добавлю: ностальгировать по детству очень опасно.

– Но опять же, родители загружают своих детей по полной из лучших побуждений – чтобы максимально подготовить их ко взрослой жизни.

– При этом, навязывая своё мнение, что их ребёнку будет хорошо и полезно. И что в итоге? Посмотрите, как много вокруг людей, которые не нашли себя. Казалось бы, успешных, прилично зарабатывающих, которые могут себе позволить отдыхать три раза в году где-нибудь за рубежом. Но при этом всю жизнь они занимаются нелюбимым делом. Когда-то, после школы, им советовали: «Иди в такой-то институт, там хороший балл», «Иди туда, там есть знакомый в приёмной комиссии». И выбор был сделан кем угодно, но не самим человеком. Что же в этом хорошего? Жизнь закончится, а они так и не поймут, для чего родились. Собственно, об этом как раз фильм «Тень»…

 

 

Беседовала Елена Боброва. Фо­то «Ин­тер­пресс»
Афиша

12 - 22 сентября

XXVII Международный кинофестиваль «Послание к человеку»

16–29 сентября, 19:00
Концертный зал Мариинского театра
V Международный органный фестиваль

19 сентября, 20:00
Концерт Большого симфонического оркестра имени Чайковского

Курс ЦБ
Курс Доллара США
57.65
0.572 (-0.99%)
Курс Евро
69.07
0.19 (-0.28%)
Погода
Сегодня,
22 сентября
пятница
+15
Облачно
23 сентября
суббота
+13
Ясно
24 сентября
воскресенье
+13
Ясно