Спорт

Сергей Герасимец: «Проситься к Бышовцу было слишком нагло»

13 октября 08:41

Экс-нападающий «Зенита», отмечающий сегодня 50-летие, рассказал «НВ» о том, как к нему относились в Израиле, за что в Калининграде ему предлагали 30 тысяч долларов и почему он и его жена стали героями матча

 

 

Сергей Герасимец провёл в «Зените» всего два с небольшим года, но надолго запомнился петербургским болельщикам. Воспитанник киевского «Динамо» и один из лидеров сборной Белоруссии середины 1990-х забивал сборной Голландии, становился чемпионом Литвы, был ассистентом Анатолия Бышовца в «Томи» и «Локомотиве», а сейчас возглавляет молодёжную команду «Тосно» и хочет реализовать себя как тренер.

– Вы начинали заниматься футболом в школе киевского «Динамо». С кем из известных в будущем игроков пересекались в детстве?

– Можно долго перечислять: Алексей Михайличенко, Олег Кузнецов, Павел Яковенко, Василий Рац. С Александром Заваровым и Сергеем Балтачой в столовой рядом сидели, хотя они уже были игроками основы. Заваров нас объедал постоянно – маленькие же всегда едят больше всех (смеётся).

– А в минском «Динамо» вы играли с Валентином Белькевичем, позже блиставшем в Лиге чемпионов с «Динамо» киевским.

– Валик – самый талантливый футболист, с кем я играл. У нас с ним даже был фирменный розыгрыш штрафного, который практически не применяется сейчас в мировом футболе. Я подбрасывал мяч, а Белькевич с лёта бил через «стенку». Раза три-четыре мы так забили, один раз даже «Вердеру» в Лиге чемпионов. Спустя годы спрашиваю у него: «Валик, разыгрываете так ещё?» А он: «Да никто нормально мяч подкинуть не может!» Для меня было трагедией, что Валентин так рано ушёл из жизни.

– В 1993 году вы со сборной Белоруссии ездили в турне по Южной Америке.

– Это целая история, начиная с того, как мы туда добирались. Из Минска в Москву на автобусе часов 10. Ещё несколько часов провели в аэропорту. Потом был полёт по маршруту Москва – Гавана – Лима. В конце уже не понимали, что происходит. Где присел, там и заснул. В Лиме поспали час в гостинице, опять в аэропорт и в Гуаякиль. Закинули вещи в гостиницу, и сразу на тренировку. У меня ноги так отекли, что в бутсы не влезали. Вышли на поле, а там 60 тысяч, полный стадион. А сборная Эквадора – мощные ребята, сразу понеслись вперёд и забили. Во втором тайме я вышел на замену и сравнял, сыграли 1:1. Конечно, здорово было посмотреть экзотические страны. Мы там месяц провели: играли в Аргентине, Перу, Колумбии. В Медельине играли, столице наркобизнеса. Там сразу сказали: «Тут и стреляют, и взрывают – по одному из отеля не выходить». А наш тренер Вениамин Арзамасцев ослушался. Рассказывает потом: «Подбегает ко мне сзади негр какой-то, срывает с шеи цепь и убегает. А мне её жена только что подарила! Побежал за ним. Только потом дошло: слава Богу, что не догнал – он же в три раза крупнее был. Что бы я с ним делал?» Запомнился ещё кофе колумбийский. Там на каждой улице им так пахнет – с ума сойти! Выпьешь чашку и три дня не спишь (смеётся).

– В 1993-м вас признали футболистом года в Белоруссии.

– Хороший сезон, хотя не назвал бы лучшим в карьере. Наверное, повлияли матчи в еврокубках, первые встречи сборной Белоруссии. После этого я уехал в Израиль, мячей 15 забил за сезон, но интернета же не было, и об этом в Белоруссии мало кто знал.

– Как появился вариант с Израилем?

– 1993 год – в стране нищета, зарплата долларов 150–200. У меня было два варианта: киевское «Динамо» или Израиль. Киев не хотел за меня платить, дескать, я же их воспитанник. Но ведь в Минске в меня тоже много вложили, дали квартиру в центре, машину. Я решил, что уйти бесплатно было бы некрасиво.

– Знаменитый вратарь сборной СССР Виктор Чанов рассказывал о своей невероятной популярности в Израиле.

– Со мной тоже случалось: как-то встал в пробку в центре Тель-Авива, меня узнали – подняли машину и перенесли на свободное место. На рынке загружали фруктами и овощами бесплатно – мне уже стыдно туда ходить было.

– Потом вы оказались в калининградской «Балтике»…

– Там был настоящий футбольный бум! Помню, 1 марта руководство решило провести товарищеский матч с вильнюсским «Жальгирисом», чтобы продемонстрировать чиновникам новую систему подогрева поля. Выйдя на разминку, не поверил своим глазам: ни одного свободного места, 20 тысяч болельщиков! В марте, на товарищеском матче. У меня от «Балтики» остались максимально тёплые воспоминания – и о команде, и о регионе, хотя я провёл там полгода.

– Почему же вы решили перейти в «Зенит», который тогда выступал не слишком успешно?

– У меня было ощущение недолговечности, отсутствия фундаментальности в клубе «Балтика». Хотя бы из-за полуразвалившейся базы, которая и сейчас в том же состоянии. Но решающую роль, как и в отъезде из Израиля, сыграла супруга Татьяна, с которой мы поженились в 1996 году. Я решил, что, пользуясь давним знакомством с Анатолием Бышовцем, проситься к нему в «Зенит» – это слишком нагло, поэтому хотел сначала заявить о себе в «Балтике», а потом уже разговаривать о переходе. К лету я был одним из лучших бомбардиров чемпионата, и когда «Зенит» приехал в Калининград, Татьяна сказала: пора. Переговорил с Бышовцем и дней через 10 был в Петербурге, хотя меня уговаривали остаться, обещали выплатить 30 тысяч долларов, даже приезжали домой и показывали деньги.

– Дебют в «Зените» вам удался.

– Когда летели в Петербург, Татьяна была на девятом месяце беременности. В тот же день её отвезли в роддом, а через день мы играли в Москве с «Локомотивом». В перерыве Бышовец мне сказал: «Не волнуйся, у тебя мальчик и девочка», а в конце игры по стадиону объявили, что у меня родилась двойня. После матча подошли с поздравлениями игроки «Локомотива» во главе с Сергеем Овчинниковым. Возвращались в Петербург на поезде, и Анатолий Фёдорович разрешил угостить ребят шампанским. Через неделю играли с нижегородским «Локомотивом», и Татьяна была на трибуне «Петровского». Виталий Леонтьевич Мутко, не зная, что это моя супруга, стал оказывать ей знаки внимания, а после игры прятал глаза (смеётся). А я в том матче забил первый гол за «Зенит», и мы выиграли – 1:0.

– Почему вы не сыграли в победном для «Зенита» финале Кубка России 1999 года?

– Были проблемы со здоровьем, перенёс операцию в Германии, но форсировал восстановление и к финалу был в порядке, надеялся сыграть. Не получилось. Впрочем, важнее, что «Зенит» всё-таки одержал эту победу.

– Откуда у вас появилось прозвище «Пьер Ришар»?

– Болельщики «Зенита» решили, что я похож на французского комика. Я с юмором отнёсся. Мы же играем для людей, и приятно, если они выделяют тебя. Хуже, когда ты отыграл 10 лет, а о тебе нечего вспомнить.

– Тяжело было завершать карьеру?

– К 37 годам уже наигрался. В этом возрасте сложно находить мотивацию. А вообще завершение карьеры – тема непростая. Когда играешь – совсем другая ценность времени. Мы же постоянно сидели на базах, и полдня выходного были праздником. Тебя не было с семьёй, тебя ждали, а теперь ты целый день дома и болтаешься под ногами непонятно зачем (смеётся). К сожалению, этот переход часто ломает людей.

– В 2005-м вы работали ассистентом Анатолия Бышовца в «Томи».

– В Томске всё было прекрасно. Такого отношения и уважения я больше нигде не испытывал. Я уже не говорю про самого Анатолия Фёдоровича, но и ко мне и к ещё одному помощнику Василию Кулькову относились как к звёздам. Любая просьба выполнялась беспрекословно. Поэтому и результат был, и полный стадион. К сожалению, мы провели там только четыре месяца.

– В «Локомотиве» было уже не так здорово?

– Команда выигрывает в 2007 году Кубок России – никакого торжества. Болельщики устаивают акции – сидят спиной к полю и читают газеты, скандируют: «Пора в отставку». Назначить Юрия Сёмина президентом клуба, а Анатолия Бышовца главным тренером – это был бред. Если бы они нашли компромисс и начали грести в одну сторону, тот «Локомотив» надолго стал бы лучшим в стране, но этого не случилось.

– Как вас занесло в Казахстан, где вы дважды возглавляли «Окжетпес»?

– Между прочим, попасть туда было непросто – много желающих. Это команда из города, который раньше назывался Кокчетав. Отработал, считаю, хорошо, за выживание не боролись. Кстати, в том сезоне четыре раза встречались с «Астаной», которую возглавлял голландец Арно Пайперс, позже работавший в системе «Зенита», – и все четыре раза нас засудили. Такого судейства даже в южных республиках в СССР не было.

– Старший сын у вас ведь футболист?

– Сергей играет в первой лиге Украины. На той же позиции, что и я. Конечно, это невысокий уровень – разъезды на автобусе. Из Полтавы в Тернополь, например, 13 часов. Я слежу за всеми его матчами и надеюсь, что он доберётся до высшей лиги.

– Другие дети у вас занимаются спортом?

– Младший сын Саша играл в футбол, но сделал выбор в пользу образования. В этом году успешно сдал ЕГЭ и поступил в Высшую школу экономики. Младшая дочь Танюша занимается лёгкой атлетикой – сейчас как раз на сборах в Крыму. А старшая – Мария – живёт в Киеве, была журналисткой. Дети – смысл жизни. Мы всегда стараемся отмечать Новый год в Петербурге. Если все четверо детей собираются – это самое счастливое время для меня.

 

От редакции: «НВ» поздравляет Сергея Григорьевича – нашего постоянного эксперта и просто хорошего человека – с юбилеем и желает ему удачи в карьере и благополучия в семье.

 

Беседовал Дмитрий Иванов. Фо­то ФК «Зенит»
Афиша

3-21 октября

XXVII Международный театральный фестиваль «Балтийский дом»

3 ноября
Концерт Scorpions, Ледовый дворец

21 сентября - 20 ноября
Выставка «Андрей Тарковский. Художник пространства» Строгановский дворец

Курс ЦБ
Курс Доллара США
57.27
0.067 (-0.12%)
Курс Евро
67.36
0.102 (-0.15%)
Погода
Сегодня,
18 октября
среда
+7
Слабый дождь
19 октября
четверг
+7
Облачно
20 октября
пятница
+6
Облачно