Владимир Бортко: «Я снимаю политические прокламации»
Почему великий режиссер взялся за Петра Великого
Какой еще император вызывает столь много споров, почитания, восхищения и полного отрицания, как не Петр I. Триста лет прошло, а до сих пор не все понятно, не все разгадано, не все осмыслено потомками. Что же это за такая загадочная была фигура — на эту тему решил порассуждать кинорежисер Владимир Бортко. И взялся снимать психологическую драму о Петре I. Фильм, съемки которого завершаются в Петербурге, так и будет называться: «Петр Первый. Завещание». Выйти четырехсерийный телевизионный фильм должен весной будущего года на телеканале «Россия».
– Владимир Владимирович, о каком Петре фильм снимаете?
– С одной стороны, о Петре – гениальном государственном деятеле. Возьмем для примера итоги Северной войны. Лифляндия, Эстландия были наши три сотни лет, пока в Беловежской пуще не решили… по-иному. А ведь это контроль над Балтикой, безопасность России и выход в Европу и мир.
Итог Каспийского похода – Россия приобрела западное и южное побережья Каспия с городами Дербент и Баку и провинциями Гилян, Мазендаран и Астрабад. И удерживала их три сотни лет, пока это опять в Беловежской пуще не решили по-иному... Петр построил и новую столицу России – Петербург, крупнейший город на Балтике, символ укрепления России в Европе. Кто приглашал к нам лучших мастеров и архитекторов со всего мира? Петр. Кто заложил уральские заводы? Петр. Образование, науки в России – тоже он. По сути, мы продолжаем жить в его государстве…
А с другой стороны, это рассказ о больном, одиноком человеке, обеспокоенном тем, кому оставить то наследство, которое он приобрел. Верные в прошлом соратники теперь, увы, больше обеспокоены проблемой собственного существования после его смерти. И еще, я снимаю рассказ о человеке, переживающем свою последнюю, позднюю любовь. Любовь к Марии Кантемир – дочери его друга, женщине моложе его на 30 лет… Я далек от того, чтобы идеализировать Петра. У него много противоречивых черт, он неоднозначный человек и уж, во всяком случае, не душка, не милый, замечательный парень. Но то, что он делал, он завещал нам.
– Почему вы взяли за основу роман Даниила Гранина?
– У меня давно была идея снять фильм о Петре I не в период его активной деятельности, а когда он уже находится на пороге жизни и смерти. Когда подводит итоги. И вот оказалось, что такая книга существует и называется «Вечера с Петром Великим». Я ее с удовольствием прочитал и взял за основу. Хотя мы с моим соавтором-сценаристом Игорем Афанасьевым по-своему интерпретируем факты. Конечно, Даниил Александрович Гранин дал мне много ценных советов. На съемки просился, но вот пока не решился его пригласить: тяжело тут, холодно, крики, вопли – нервный процесс.
– Трудно ли вам было выбрать актера на главную роль?
– Нелегко. Что мы знаем о внешности Петра I, кроме того, что он был высокого роста и с усами? Но, что гораздо важнее, это должна быть мощная личность. И такая личность нашлась – Александр Балуев. Я им доволен. Балуеву, на мой взгляд, удается показать драму Петра. Проблема руководителя такого масштаба в том, что он всегда один. Рядом с ним нет людей, равно понимающих цели и задачи того, что он делает. Они все очень хорошие исполнители, и первый из них – Александр Меншиков. Но он спрашивает Петра: «Батюшка царь, чего же ты не успокоишься?» Ему непонятно, зачем царю знать, соединяются Азия с Америкой или нет. Тем более что все равно царь этого не узнает, – не успеет дождаться возвращения экспедиции Беринга. А денег на нее сколько уйдет… В то время как есть возможность набить свой карман. И в то же время Меншиков любит Петра и благоговеет перед ним. Мятущаяся натура, я рад, что выбрал замечательного актера Сергея Маковецкого на эту роль. Меншикова считали полуграмотным, а у него была самая большая библиотека.
– Может, для антуража стояла?
– Не думаю. Первый наплавной мост построен через Неву по его чертежам. Это говорит о нем как о талантливом человеке. Вообще о Меншикове и Петре мы часто судим по старому советскому фильму «Петр Первый». Фильм очень хороший, и он сформировал клише. На мой взгляд, немножко по-другому все это выглядит... Меншиков крупнейший и талантливый организатор. Но что правда, то правда – разворовал пол-России. Его личное состояние было больше, чем бюджет у государства.
– Сейчас будут сравнивать с Лужковым!
– Это право каждого – строить аналогии… Единственное, чего не удалось Петру, – побороть коррупцию. Сажал, головы рубил – и безрезультатно. Петр назначил губернатором Архангельской губернии чиновника из Петербурга, одного из немногих, который не воровал. Через год узнал – берет взятки. Царь его вызвал и спросил: почему берешь? Тот ответил: «Когда я был здесь – мне хватало. А став губернатором, просто не могу по-другому. Мне семью содержать надо, расходы мои увеличились, а зарплата очень невысока. Как не взять, если каждый день предлагают?» Тогда Петр положил ему зарплату в два раза большую, но, увы, от взяток губернатор не отказался. И губернатора повесили.
– Так никто и не поборол коррупцию за тысячу лет...
– Почему? 30 лет ее не было. Сталин ее поборол! Лишил всех высших чиновников и руководителей личной собственности. Тарелка у них дома, на даче была прекрасна, но – и тарелка, и сама дача были не их. Принадлежали государству. По сути, у крупного чиновника не было ничего своего. Коррупция кончилась. То есть брали по мелочи, внизу, но угрозы существования государству не было.
– Когда вы беретесь за фильм, какую сверхзадачу ставите?
– Если чуть пошутить, то я снимаю политические прокламации. Мне нравится воспитывать фильмами. Редко кто этим занимается в наше время.
– Никита Сергеевич Михалков этим занимается...
– Точно. Видите, конкурент есть. Значит, мы вдвоем этим занимаемся. Меня часто обвиняют в том, что мне заказывают темы. Нет! Я всегда их сам для себя определяю, это мой сознательный выбор. Важно, чтобы мое желание совпало с желанием людей, у которых есть деньги. Как это совпало с «Идиотом», с «Мастером и Маргаритой». Вот тогда получается кино.
– Чем вы руководствовались, выбирая Елизавету Боярскую на роль Марии Кантемир?
– Она бесспорная звезда. Абсолютная, вызывающая у меня невероятное удивление. Талант – не по возрасту. В ней сконцентрировались способности и мамы, и папы. И у нее, уверен, блестящее будущее.
– Как же молодая любовница Петра могла влиять на царя?
– Она была ярким человеком. Свободно общалась с самыми образованными людьми, скакала на лошадях, каталась на коньках. Знала пять языков, в ней текла кровь византийских императоров, а с другой стороны, она была прямым потомком Тамерлана. Почему Петр ее и выбрал – они совпадали в восприятии действительности. Лиза, думаю, очень сильна в этой роли. Собственно, я доволен всеми актерами – Балуев, Филиппенко, Шакуров... Хороша Ирина Розанова, которая играет Екатерину. Что значило для Екатерины появление нового наследника? Перекройка всей политической картины и конец собственной жизни… С этой любовной историей связано много интересных вещей, она касалась всех, до последнего царедворца.
– Вы сконцентрировались на психологизме? И батальных сцен нет?
– Увы. Полтавское сражение и взятие Нотебурга – в другой раз.
– Что было самым сложным в съемках?
– Денег не хватало. И времени. Поэтому работали по 12 часов в сутки. Иногда и больше. Но нам еще и город всеми силами помогал, Русский музей, Монплезир, духовное руководство Александро-Невской лавры во всем шло навстречу. Спасибо им.
– Вас не коснулось постановление, которое предписывает за 45 дней определять место съемок?
– Меня это никак не коснулось, а вот другое расстроило сильно – странное поведение директора Эрмитажа Михаила Пиотровского, который не разрешил съемки в Меншиковском дворце. Почему? А бог его знает… Ценных картин там нет. По сути это музей жизни одного человека и его эпохи. Именно того человека и той эпохи, о которой мы снимаем. Музей, который могли бы увидеть миллионы людей, которые, может быть, там никогда и не побывают. Но… Хотя два года назад я там снимал эпизод для «Тараса Бульбы». Тогда не было проблем. А теперь для зрителей останется загадкой, где на самом деле жил Меншиков, где они встречались с Петром. Снимать пришлось в других интерьерах. Это обидно.
– Как вы относитесь к телевидению, его считают вредным, кто-то выбрасывает телевизоры?
– Для меня телевидение – выход к зрителям. Представляете себе аудиторию в 40 миллионов? Столько людей смотрели каждую серию «Мастера и Маргариты». Мощнейший рупор. Я очень рад, что могу обратиться к народу вот таким способом. Я ведь прокламации снимаю. (Смеется.)