Мой друг Лёшка и его друг – автомат

Непридуманная история о том, как хороший человек сначала любил Россию, а потом заболел ненавистью к ней и ушёл на войну

Непридуманная история о том, как хороший человек сначала любил Россию, а потом заболел ненавистью к ней и ушёл на войну

В Донбассе, что бы ни говорили украинские политики, идёт настоящая гражданская война, разделившая один народ на две непримиримые части. И может так случиться, что взявший в руки автомат солдат с той стороны – это ваш друг или однокурсник 

Мой однокурсник недавно выложил в «Фейсбуке» свежее фото. Я его увидела и вздрогнула от неожиданности. Беспощадное лицо, суровый взгляд с прищуром. Каска и грозный автомат дорисовывали новый образ старого приятеля. Так – через социальную сеть – он дал понять всем своим друзьям и знакомым, что больше не тот рубаха-парень Лёшка (имя изменено), которого все мы знали и любили. Теперь он – беспощадный воин, который встал на защиту своей страны от – как он сам говорит – «смертельных врагов и фашистов». Он – боец добровольческого батальона, воюющего на стороне Киева против ополченцев.

***

С Лёшей мы познакомились 20 лет назад в Петербурге на «нулевом курсе университета». Это было время, когда посреди рыночной экономики нет-нет да и встречались чудом сохранившиеся «островки коммунизма». Таким островком и было наше подготовительное отделение СПбГУ, которое до перестройки называлось «Рабочий факультет», или рабфак. Здесь за счёт государства (с ежемесячной стипендией и местом в общаге для иногородних) учились те, кто хотел, но не мог поступить в Университет. Это сейчас подготовительные курсы стоят 80–100 тысяч рублей за год, а тогда за меня, за моих друзей, за приехавшего с незалежной Украины Лёшу платила Российская Федерация.

Весь учебный год преподаватели Университета готовили нас к вступительным экзаменам. И особенно глубоко на этих курсах давали историю – по четыре пары каждую неделю. Не прошло мимо нас и образование Киевской Руси, и присоединение Крыма к России Екатериной Великой, и бесконечные войны с Речью Посполитою, и польско-литовские интервенции на Русь. Читали мы и альтернативную литературу по истории. Но нигде и никогда я не наталкивалась на информацию о «древних украх», которые были порабощены Московией. Впрочем, об этом позже.

Алексей был взрослее большинства слушателей, к моменту поступления на рабфак он успел отслужить в рядах Советской ещё армии. Помню, он произвёл на меня самое приятное впечатление: добрый, спокойный, вежливый, мужественный. Словом, настоящий мужчина посреди вчерашней школоты. И никогда, ни в одном разговоре не заходила речь о том, что он гражданин другой страны – Украины. Потому что никто тогда к Украине не относился как к другой стране. Самостийность братьев-славян воспринималась как чистейшей воды формальность.

В сентябре мы встретились с Лёшей уже на журфаке. Я была страшно рада, что он поступил. У нас на курсе оказалось много ребят, отслуживших в армии, все они жили в общаге и очень быстро слились в одну компанию. Я была из местных, поэтому в общагу к однокурсникам приезжала по праздникам, которые почти всегда завершались посиделками под гитару. Выпив и разомлев, Лёша брал в руки инструмент и задушевно пел. «Ходют кони за рекою» – его коронная песня. И хотя Лёшка никогда не был плакатным красавцем, он брал своей добротой и обаянием. И этими вот самыми «конями». Активная жизненная позиция и напористость не являлись его сильными сторонами, он скорее любил полежать, пофилософствовать, выпить и поговорить, но его душевность топила сердца девчонок.

На последних курсах он уже сошёлся с нашей однокурсницей. Переселились в одну комнату, зажили общим хозяйством, планировали жениться. Всё было хорошо, но идиллию портило то, что Лёша прилично «закладывал». А это обстоятельство тянуло за собой ещё одно – расслабленный образ жизни мешал ему устроиться на серьёзную работу и зарабатывать ощутимые деньги. Где-то в середине учёбы он прибился к небольшому и небогатому театру, где совмещал несколько малобюджетных, но вполне творческих должностей.

 

***

После окончания вуза мы разлетелись кто куда. Встречи с однокурсниками стали редкими, новости – отрывочными. Но сарафанное радио продолжало работать. Наша однокурсница ушла от Лёши, он же остался жить в общаге и работать всё в том же театре.

Потом была какая-то курьёзная история – чтобы получить российское гражданство взамен украинского, Лёша предложил другой нашей однокурснице фиктивный брак. Та пошла навстречу и согласилась. За друга в статусе мужа всем сердцем переживала. Понимая, что Лёша скатывается по наклонной, пыталась его вытаскивать, даже уговаривала подшиться. Но всё оказалось тщетно.

А однажды и вовсе случилась беда: Лёша горел в комнате, которую снимал в общежитии. Помню, тогда однокурсники собирали ему какую-то одежду и средства на жизнь. Очень сочувствовали его беде и старались помочь.

Фиктивный брак Лёши и Лены не продлился необходимых для получения вида на жительство пяти лет. После истории с пожаром за Лёшей приехала с Украины мама и уговорила его вернуться на родину. А Лене понадобилась паспортная свобода, чтобы заключить вполне реальный теперь уже брак.

 

***

Следующим поставщиком новостей о дальнейшей судьбе Алексея стал сайт «ВКонтакте». Многие с удивлением обнаружили, что обитает теперь он в Севастополе и работает при каком-то Доме культуры не то звукооператором, не то осветителем. Один из наших однокурсников, будучи на отдыхе в Крыму, несколько раз встречался с Лёшей.

Быт Лёши оказался поразительно скромен, чувствовалась острая нехватка денег, отчего ему приходилось ютиться в дешёвом жильё на окраине города и очень скромно питаться. Он много жаловался на жизнь, экономил каждую копейку, ругал всех и вся, в том числе и Россию, но особенно – тогдашнего президента Януковича, которого считал казнокрадом. Всё это, однако, не помешало нашему герою дважды съездить в гости к друзьям в Петербург и в душе надеяться на получение российского гражданства, после чего, как он думал, у него могут открыться хорошие перспективы для приличной работы в России.

 

***

Майдан Алексей горячо поддержал, но сам в событиях на площади не участвовал. Для начала он перестал писать по-русски. Только на мове. Дальше – больше. Вся виртуальная стена нашего друга, полжизни проведшего в России, запестрила ссылками и картинками, одна другой хлеще. Я читала и диву давалась: это же мой коллега, журналист! Как можно мыслить настолько «траншейно», некритично и однобоко. Вскоре на его стене «ВКонтакте» появились видеоролики о «реальной» истории Великой Украины. Пересказывать долго и бессмысленно. Хватит одного названия: «Как Московия украла историю Украины».

Мне была понятна антироссийская риторика людей, которые в жизни дальше своего села и соседней ярмарки никуда не выезжали, поэтому охотно верили в россказни про «немытую бедную Россию», наполненную «ватниками». Но интеллигент Лёша, проживший более 10 лет в России, отучившийся в Санкт-Петербургском государственном университете, меня всё более удивлял своею информационной зашоренностью. Читая его посты, а точнее, репосты, я ловила себя на ощущении полной утраты им реальности. И видеть это перерождение было очень больно. Так бывает в фантастических фильмах, когда твоего близкого человека укусил вампир. Внешне он ещё выглядит нормальным, но внутри уже переродился. Ты смотришь на него и понимаешь, что уже безвозвратно его потерял…

«Крымская весна» застала Лёшу в Севастополе. И казалось бы, вот он, шанс, – получить российское гражданство, о котором он грезил столько лет. Но зерно ненависти к России, зароненное во время революции, уже давало свои обильные всходы.

Летом Лёша встал под ружьё и отправился под Донецк «освобождать» жителей Востока Украины от «гнёта сепаратистов». Посерьёзнел. Бросил пить и курить. Активно ведёт разъяснительную работу со своими «зазомбированными» русскими друзьями. Для пущей важности публикует в «Фейсбуке» воинственные снимки: тут он с автоматом на плече, здесь он с автоматом, направленным дулом в камеру. Вид у Алексея исполнен гордости и самоуважения. Он, похоже, наконец-то нашёл себя в жизни. Заполнил растущую с каждым годом пустоту в душе не женой, не детьми, не верой в Бога или хотя бы интересной работой, а войной.

С каждым днём количество его старых друзей тает. Кто-то вычёркивает его из своей жизни молча, видимо понимая тщетность диалога. Кто-то пытается объясниться, но рвёт связь, получив в ответ отповедь: «Все вы в России больны фашизмом, но не переживайте, мы освободим сначала свои земли, а потом придём к вам, дойдём до Москвы и спасём вас от вашего режима».

Теперь у Алексея появились новые друзья. Первые – его однополчане. Вторые – виртуальные друзья, которых хватает только на фразы типа «Лёха – герой!» и «Слава Украине!». Лёша рад – он им посылает подмигивающие улыбочки в ответ. Но самый близкий и самый надёжный друг Лёши, судя по фотографиям, теперь его автомат.

 

***

 

Я всё ещё не выбросила его из друзей. Потому что до сих пор убеждаю себя: в душе он всё тот же добрый и отзывчивый парень, каким я увидела его 20 лет назад. Ведь для того, чтобы за такой короткий срок мир перевернулся с ног на голову, а вчерашние друзья стали врагами, мало быть просто патриотом своей страны. Для этого нужно заболеть ненавистью. А когда ненависть становится политикой всего государства, главной движущей силой, заставляющей нацию сплотиться против мнимого врага, невозможно укрыться от её разрушающей мощи. Сегодня это удаётся совсем немногим. Ненависть – мощное топливо, оно ярко горит в кострах революций и войн. Но оно не согреет в мирной жизни. Пожар закончится, пламя догорит. Как будем жить дальше, Лёша?

 

4,7 тысячи мирных жителей стали жертвами украинского конфликта, более 10 тысяч были ранены, по данным ООН. 2251 человек погиб за весь период военных действий в Донецке, по данным омбудсмена ДНР Дарьи Морозовой.

1807 украинских военных погибли на Востоке Украины, 684 человека находятся в плену, по данным украинских СМИ на 18 декабря. Еще 1667 человек числятся пропавшими без вести.

1,2 миллиона человек покинули зону боевых действий на Украине, по данным ООН. Из них 610 тысяч переехали в другие регионы Украины, 594 тысячи бежали в соседние страны, в основном в РФ.

 

Более 7,2 тысячи объектов инфраструктуры повреждено и разрушено в Донецкой области с начала боевых действий, сумма ущерба превысила 1,3 миллиарда гривен (около 82 миллионов долларов), по данным омбудсмена Морозовой. Она отметила, что наибольший ущерб причинён Донецку, где разрушено более 4 тысяч объектов на сумму 818,8 миллиона гривен (около 52 миллионов долларов), также от обстрелов вооружённых сил Украины сильно пострадала Макеевка, где повреждено 956 объектов на сумму 143,6 миллиона гривен (около 9 миллионов долларов).

Эта страница использует технологию cookies для google analytics.