Конец света уже позади

Жанр постапокалипсиса долгое время был очень популярным, и популярность его постоянно возрастала, но сейчас на смену этому тренду приходит новый. Людям становится интереснее писать и читать не о глобальных катастрофах и тяжёлом выживании после них, а о возрождении мирной жизни, восстановлении разрушенного. И я думаю, в ближайшие годы в тренде будут именно такие сюжеты

Жанр постапокалипсиса долгое время был очень популярным, и популярность его постоянно возрастала, но сейчас на смену этому тренду приходит новый. Людям становится интереснее писать и читать не о глобальных катастрофах и тяжёлом выживании после них, а о возрождении мирной жизни, восстановлении разрушенного. И я думаю, в ближайшие годы в тренде будут именно такие сюжеты.

Мода на тот или иной литературный жанр часто зависит от особенностей реальной жизни в стране и мире, от политической ситуации. Если говорить о постъядерной фантастике, то всеобщая любовь к ней была связана с жизнью в России напрямую. В 90-е годы и в начале нулевых мы всё ещё переживали перестроечные события, осмысливали тот факт, что жизнь в стране крайне резко изменилась. И многие тогда чувствовали себя примерно так, как чувствуют персонажи постапокалиптических романов, лишившиеся своего привычного мира. В России тогда тоже в определённом смысле произошёл «апокалипсис» – рухнуло всё, к чему мы привыкли, разрушилась не только экономика, но и культура, идеология, традиции… Так что даже те, кто был рад этим изменениям и у кого была тогда обеспеченная жизнь, всё равно психологически переживали в то время «конец света» – конец прошлой жизни, конец всего, чему их учили, что они с детства считали правильным. И это отразилось на литературе тех лет. Многие люди чувствовали страх перед будущим: если один раз всё рухнуло, значит, может рухнуть ещё раз – и им хотелось читать о выживании в самом страшном будущем. К слову, это отражалось не только на литературной моде. Тогда и в остальном искусстве в тренде была эстетика распада, эстетика заброшенных пространств, разрушенных зданий…

Но последние полтора-два года психологическое состояние жителей России стало меняться. Политические события – наше противостояние с остальным миром, присоединение Крыма – пробудили в людях ностальгию по тем временам, когда Россия была мощной. У одних это проявляется как ностальгия по СССР, у других – по Российской империи, третьи мечтают о будущем, когда наша страна станет великой космической державой. И это тоже нашло отражение в современной литературе. В моду вошли новые жанры – альтернативная история, когда «попаданцы» из нашего времени оказываются в прошлом и превращают Россию в процветающее богатое государство, и космическая фантастика в советских традициях, когда высокоразвитая в научном плане Россия осваивает другие планеты. Или просто фантастика о будущем, где наша страна или вообще вся Земля возрождается после тяжёлых времён. Думаю, в ближайшие годы эти жанры, немного наивные и очень оптимистичные, будут набирать популярность, как в прошлое десятилетие её набирали постъядерные романы.

Эта страница использует технологию cookies для google analytics.